Sharp Objects

Женщины болеют иначе – они изнашиваются. Что неудивительно, если учесть, сколько через них проходит инородных тел. Тампоны и гинекологические зеркала. Пенисы, пальцы, вибраторы и прочее – между ног, в заднее отверстие, в рот. Мужчины ведь любят вставлять в женщин разные вещи? Огурцы, бананы, бутылки, бусы, фломастер, кулак.

«Одна». Я вдруг пожалела, что не вырезала это слово, – просто удивительно, почему оно до сих пор не украшало мое тело.

- Иногда, позволяя людям что-то делать с собой, ты на самом деле делаешь это с ними сама, - сказала Эмма, вытаскивая из кармана ещё один леденец на палочке. Вишневый. - Знаешь, что я хочу сказать? Если кто-то хочет сделать тебе гадость, пусть делает, ему же и будет хуже. Ты потом сможешь им управлять. Если будешь думать головой.

- Когда ребёнок с малых лет узнаёт, что матери он безразличен, это приводит к беде.

Люди всегда входили в раж при виде своих имен в прессе. А как же, это ведь доказательство их существования.

"Человек должен нравится себе, это важно. И потом, хорошее отношение так же заразительно, как и плохое."

дети переживают страх иначе, чем взрослые.

репортеры – точно вампиры: без приглашения они пройти к вам не могут, но если вы их впустили, то не выгоните, пока они всю кровушку из вас не высосут.

Вообще, такие мужчины, как Ричард, мне никогда не нравились. Шикарные мужчины - те, что от природы, а также благодаря родителям обладают всем: внешностью, обаянием, умом; возможно, и состоянием. Мне они были неинтересны: они без изюминки и, как правило, трусливы. Такие мужчины инстинктивно избегают любой ситуации, которая может причинить им неудобство.