Емілі виростає

Нравятся мне далеко не все, но интересным я нахожу каждого.

...отныне моё перо будет исцелять, но не ранить.

Будь милосердна к неудачникам, Эмили. Высмеивай пороки, если тебе это нужно...но жалей слабости.

В жизни есть место для сатиры...существуют пороки, которые можно только выжечь калёным железом...но но предоставь это занятие гениям. Лучше исцелять, чем причинять боль.

Я нахожу, что не всегда легко решить, хороши твои поступки или плохи.

Ну вот, я написала всё это и облегчила душу, а теперь собираюсь лечь спать. Я знаю, что "транжирю слова" в моём дневнике - ещё один из моих литературных недостатков.

Ничто, после того как оно написано на бумаге, не кажется столь же значительным или ужасным - а твкже, увы, столь же прекрасным или возвышенным, - как тогда, когда существовало лишь в мыслях и чувствах. Кажется, что всё теряет своё значение прямо в тот самый момент, когда начинаешь описывать происходящее словами.

В словах столько очарования. Само звучание некоторых из них - например, "завораживающий" или "таинственный" - приносит мне вспышку.

Иногда Эмили казалось, что, если бы не дневник, она взорвалась бы и разлетелась на мелкие кусочки, переполнившись дымом от горящего в душе пламени.

Никто не свободен в этом мире - никогда не свободен. ... Мы рабы - рабы традиций, условностей, честолюбия, родственников.

У меня сразу три ощущения.
Внешне я сурова, сдержанна и верна традициям Марри.
А под этой сдержанностью какое-то другое чувство, и, если я пытаюсь его подавить, мне ужасно больно.
А под ним - странное чувство облегчения оттого, что я по-прежнему свободна.

Не знаю, что хуже: когда делает предложение тот, кто не нравится, или когда не делает тот, кто нравится. То и другое довольно неприятно.

-Придёт время...придёт, - ободрил её кузен Джимми. - Подожди немного...только подожди немного. Если мы не гонимся за тем, чего хотим, желаемое иногда само догоняет нас.

-Неужто ты совершенно не чтишь своих предков? - таков был следующий, весьма актуальный вопрос тёти Рут. - Да если бы они знали, что кто-то из их потомков собирается играть в спектакле, они перевернулись бы в гробах!
Эмили удостоила тётю Рут знаменитого "взгляда Марри".
-Это стало бы для них отличным физическим упражнением.

Сегодня я совершила только один плохой поступок...то есть только один, который я считаю плохим. Я надерзила тёте Элизабет. Ей показалось, что я слишком долго мою посуду. А я и не предполагала, что надо куда-то спешить, и сочиняла рассказ под названием "Тайна мельницы". Тётя Элизабет посмотрела сначала на меня, потом на часы и сказала препротивным тоном:
-Не доводится ли тебе, Эмили, сестрой улитка?

...но мне кажется, что есть что-то выше слов... любых слов...всех слов...что-то такое, что всегда ускользает от тебя, когда ты пытаешься схватить его...но всё же оставляет в твоей руке то, чего ты не имел бы, если бы потянулся за ним.

-...порой благоразумие кажется мнимой добродетелью. Человек стыдится её... ему хочется просто идти вперед и... и...

• И плевать на последствия, - подсказал кузен Джимми.
• Ну да ,что-то вроде того, - засмеялась Эмили. - Ненавижу идти по жизни на цыпочках ,боясь сделать один большой шаг из опасения, что кто-то наблюдает со стороны. Я хочу "дико махать моим диким хвостом, ходить, где вздумается, и гулять сама по себе".

- Почему ты не убила его взглядом?

• Я вышла собирать деньги на иллюстрированное издание, а не делать женщин вдовами.

человек, у которого тысячи предков, не волен поступать как хочет.

Страх - признание слабости. То, чего ты боишься ,сильнее тебя, или тебе кажется, что оно сильнее, а иначе ты его не боялась бы.