Шесть комедий. Все пьесы "Квартета И"

ЛЕША. Или расстался ты с ней... ну, она тебя бросила. И ты ей пишешь: «Я больше никогда не буду тебе писать. Это мое последнее смс. Я понял, что ты мне чужая, непонятно, что я так переживал. Больше не переживаю, прощай». А она не отвечает. Тогда пишешь второе последнее: «Могла бы и ответить. Все таки, нас с тобой что то связывало...» Потом еще: «Хочу поделиться радостью - я перестал о тебе думать. Вообще. Так что, не звони». А она и не звонит. Тогда уже совсем запрещенный прием: «Знаешь, а кроме тебя, оказывается, есть еще красивые женщины». И все равно - ничего. И так еще сто последних сообщений... А самое последнее «Неужели нельзя быть нормальным человеком и хоть раз ответить?» И уже перестал писать, и еще месяца два прошло, и вдруг приходит от нее: «Снег идет. С первым днем зимы!»... Ну, не суки?

ЛЕША. А я в детстве придумал, что приходят фашисты - такие, с овчарками, - но не для того, чтобы вот это «матка, курка, яйка, млеко, дафай, дафай», а с благородной целью помочь мне разобраться в моем внутреннем мире. Ставят меня к стенке и говорят: «кого ты больше любишь - Марину Штурманову из 8 «В» или Яну Мищенко из 9 «Б»? Если скажешь правду, мы тебя отпустим, а нет - расстреляем». А они почему-то знают правду... И я, естественно, честно говорил - ну, что Яну Мищенко. Хороший способ. До сих пор пользуюсь.

СЛАВА. Нет, вообще, они, конечно, ближе к нам, чем, например, пингвины. По крайней мере, говорят с нами на одном языке... хотя... Вот, пришла, задала вопрос. Очень настойчиво спрашивала, видно, что ей это важно. Я начал отвечать - и вдруг понимаю, что она ушла. Ей было важно задать вопрос, но совершенно не интересует ответ. Это что? И чем оно мне ближе, чем пингвин? Он хоть вопросов не задает...
САША. Ага, или почему, если я, зная, что она всегда опаздывает на час, просил, очень просил именно сегодня, только один раз не опаздывать, почему она опоздала на два часа?
КАМИЛЬ. А почему, когда она из другой комнаты начинает задавать мне вопрос, и я слышу из него последние два слова, вот так «бл бл бл бл бл бл бл зеленые очки», я спрашиваю «что?», а она говорит «зеленые очки»? Почему она повторяет ровно то, что я слышал? Как ей это удается?
ЛЕША. А почему в ресторане ей всегда не нравится то, что она заказала, а мое нравится, и она ест из моей тарелки, а я говорю: «ну, закажи себе то же самое», а она говорит «да нет, зачем, я только попробовать» - и съедает половину. А я хотел именно это количество мяса и это количество картошки. И мне не жалко, просто я не люблю, когда у меня из тарелки едят, и к этому уже надо привыкнуть... да и жалко тоже!

КАМИЛЬ. Мне кажется, в детстве было так здорово потому, что понятно было, что хорошо, а что плохо. Сделал уроки - молодец. Перевел бабушку через дорогу - умничка! Разбил стекло мячиком - плохой.
А сейчас стало неясно, что хорошо, что плохо. Нет, бабушку перевести через дорогу по прежнему хорошо. Но вот сделал одной женщине хорошо, а другой от этого плохо. Или, даже так - одной сделал хорошо, другой стало плохо, а ты вообще всё делал для третьей, а ей все равно.
Запуталось как то все. Даже с бабушкой стало непонятно ты ее перевел... а вдруг ей не надо было? То есть, начал сомневаться в очевидных вещах. Если эти твои сомнения выразить в бабушках, переведенных через дорогу, то получается, что ты эту бабку водишь туда сюда часа три. Посреди дороги остановился, думаешь а вдруг это не та бабка? Может, она плохая и не надо было ее через дорогу переводить. Не заслужила. А хорошая бабка стоит сейчас где то на другом переходе и ждет тебя, а ты здесь эту старую гниду мотыляешь взад вперед...
А еще хуже, если хорошую уже кто то перевел... и, может, человек был плохой, и перевел формально, для галочки, но он сделал хорошее дело, а ты нет. И еще эта дура орет: «отпусти, сынок, хватит, не могу больше. Вот кризис среднего возраста пройдет приходи, а пока, прости, я по подземному переходу».