Машина времени. Война миров

Бессмысленно торчать здесь среди незнакомых вещей, становиться в тупик перед каждым новым затруднением. Это прямой путь к безумию. Оглянись лучше вокруг. Изучи нравы этого мира, наблюдай его. Остерегайся слишком поспешных заключений! В конце концов найдёшь ключ ко всему!

Для таких людей марсиане будут сущими благодетелямм. Чистые, просторнык клетки, обильный корм, порядок и уход, никаких забот. Пробегав на пустой желудок по полям и лугам, они сами придут и не огорчатся, когда их поймают.

На Марсе есть воздух, вода и все необходимое для поддержания жизни.

Но человек так тщеславен и так ослеплен своим тщеславием, что никто из писателей до самого конца девятнадцатого века не высказывал мысли о том, что на этой планете могут обитать разумные существа, вероятно, даже опередившие в своем развитии людей.

— Нет, я даже не надеюсь, что вы поверите мне. Примите мой рассказ за ложь или… за пророчество. Считайте, что я видел это во сне, у себя в лаборатории. Представьте себе, что я раздумывал о грядущих судьбах человечества и придумал эту сказку. Отнеситесь к моим уверениям в ее достоверности как к простой уловке, к желанию придать ей побольше интереса. Но, относясь ко всему этому как к выдумке, что вы скажете?

Я был трезв как судья. Мысли были ясные. Мое шампанское и виски испарились в глубине вселенной.

Мы забываем о законе природы, гласящем, что гибкость ума является наградой за опасности, тревоги и превратности жизни. Существо, которое живет в совершенной гармонии с окружающими условиями, превращается в простую машину. Природа никогда не прибегает к разуму до тех пор, пока ей служат привычка и инстинкт. Там, где нет перемен и нет необходимости в переменах, разум погибает. Только те существа обладают им, которые сталкиваются со всевозможными нуждами и опасностями.

Мы не можем считать нашу планету вполне безопасным убежищем для человека. Мы не можем предвидеть тех незримых врагов или друзей, которые могут прилететь к нам из бездны пространства. Может быть, вторжение марсиан не осталось без пользы для людей; оно отняло у нас ту ясную веру в будущее, которая могла бы повести к упадку, оно подарило нашей науке громадные знания, оно способствовало пропаганде идей о единстве человечества.

Мы не должны забывать нашей науки: мы должны учиться как можно больше. Мы должны наблюдать ...

а совершить преступление значит предвидеть и действовать

Хороша вера, если она не может устоять перед несчастьем. Подумайте, сколько раз в истории человечества бывали землетрясения, потопы, войны и извержения вулканов. Почему бог должен был сделать исключение для Уэйбриджа?.. Ведь бог не страховой агент.

Истина нередко высказывается в форме шутки.

...смерть не так уж страшна, это трусость делает её страшной.
***
жизнь - это непрерывная борьба за существование.

Даже и в наше время человек гораздо менее разборчив в пищи, чем когда-то, - значительно менее разборчив, чем любая обезьяна.

Нет ничего легче, как придумать сколько угодно всяких подробностей, когда весь будущий мир заключен только в голове автора, но для путешественника, находящегося, подобно мне среди незнакомой действительности, почти невозможно узнать обо всем этом в короткое время.

Эта война, по крайней мере, научила нас жалости к тем лишенным разума существам, которые находятся в нашей власти.

Это было стихийное массовое движение, паническое, стадное бегство, всеобщее и ужасающее, без всякого порядка, без определенной цели; шесть миллионов людей, безоружных, без запасов еды, стремились куда то очертя голову. Это было началом падения цивилизации, гибели человечества.

Мне кажется теперь диким, как это люди могли заниматься своими мелкими делишками, когда над ними уже нависла гибель.

Если люди любят друг друга, то не все ли равно, чем вызвана эта любовь?

Хватит ли у лондонцев мужества превратить в новую пылающую Москву свой огромный город?

Посреди дороги лежал человек с обнаженной ногой, перевязанной окровавленной тряпкой, и над ним склонились двое. Счастливец, у него нашлись друзья.

Муравьи строят город, живут своей жизнью, ведут войны, совершают революции, пока они не мешают людям. Если же они мешают, то их просто убирают. Мы стали теперь муравьями. Мы съедобные муравьи.