Путешествие на край комнаты

В который раз пытаюсь быть непредвзятым к авторам постмодернизма. Вот даже книгу нашёл, название почти как у Селина "Путешествие на край ночи", думаю, ну не посмеет же автор настолько испоганить прекрасное название... посмел. Ну хорошо-хорошо, автор умеет забавно складывать слова в предложения, всю книгу будто бы говорит читателю, "ну! оцени же, хорош же я? А я ещё вот так вот могу, вот ещё что придумаю", что хочется сказать - да молодец, молодец, Тибор, когда уже сама книга начнётся? Характер героев книги можно описать так: это люди, которые делают "глубокосмысловой" бред, чтобы окончательно не впасть в депрессию. Если Селин пусть нелицеприятно, но показывает самую суть людей. Читая его, я ужасался правдивости и остроумию, с которым это всё подано. Видно, что Селина самого отвращает, что люди - это вот так и он очень бы хотел это исправить. То тут же... Те же люди-уроды, только Фишер это пишет с "да мы такие, посмотрите на нас и давайте сделаем что-нибудь абсурдненькое!"

А если хотите узнать из чего состоит сюжет - откройте цитаты.

Нет, правда. Мне иногда кажется, что мои воспоминания о прошлом – это какой-то сбой памяти. И на самом деле ничего этого не было.

Когда кто-то готовит тебе еду - это хороший удар против мерзостей жизни.

Растения - это домашнее животные для тех, кто не уверен в своей способности нормально заботиться о настоящих животных.

Не сюжет, а "вокзальные истины". Мне становилось даже немного неловко за автора, ну честно.. Фишер, как можно окончить Кембридж.. и так..

Но чтобы не скатываться в брюзжащего по современной литературе старика, нет, я знаю новые книги, в которых есть смысл. В которых герои - не плоские "странненькие" картонки, с надписями "я фотограф", "я дизайнер", за жизнью которых ты себя заставляешь следить. Они есть и это мне не даёт впадать в безысходность, читая такие книги.

У Фишера особое чувство юмора, – я называю такое недоумевающим. Это когда смотришь на повседневный мир, на окружающую действительность, а видишь в основном один абсурд и сюр во всех его проявлениях. И вроде ничего такого уж сверхъестественного не происходит, но даже самые незначительные мелочи вызывают то самое недоумение. И ты пытаешься осознать мир вокруг, как-то себя в него вписать, встроить, понять правила, по которым он работает, но единственное, что удается – это шутить. При полном осознании того, что и шутки твои мало кому покажутся смешными. Потому как большинство живет абсолютно серьезно и в упор не видит ни абсурда, ни сюра, ни нелепости происходящего вокруг, изо дня в день, из года в год. Так и умирают серьезными, с осознанием выполненного долга и своего веского вклада в развитие вселенной. Главная героиня книги, Оушен, настолько устает от переполняющих жизнь невообразимых (но вполне повседневных) нелепостей, что решает вообще не выходить из дома. Она может себе это позволить, ее быт прекрасно налажен, для контактов с внешним миром всегда можно воспользоваться Интернетом. И живет она в полной гармонии, обретя, наконец, максимально возможный контроль над своей жизнью. Никакой агорафобии у нее нет и в помине, если нужно предпринять вылазку во внешнюю среду – она вполне на это способна. И, тем не менее: «на свете нет большего удовольствия, чем запереться у себя дома, полностью отгородиться от внешнего мира и сотворить себе собственный мир.» Но чепухи вокруг меньше все равно не становится, как от нее не отгораживайся. Безумный мир всегда найдет щелочку, куда просочиться. И Оушен втягивается в полудетективную историю, связанную с покойным бойфрендом и историей из своей бурной молодости, когда она сбежала от нищеты и беспросветности британских будней в Барселону работать в порнографическом шоу. Сюр везде, куда ни посмотри, что в Барселоне, что в Лондоне, что на тропических островах. Кругом чудаки, совершенно не осознающие своей чудаковатости, чудаки разные - от беззлобных неудачников до опасных маньяков. И даже разоблачение преступника, поданное, как и должно быть, в конце и с помпой, приводит не к чему-нибудь, а к замешательству. Жизнь переполнена бредом. Но недоумевающий юмор всегда спешит на помощь. Даже тогда, когда глаза опухли от слез, а сердце разрывается от тоски или ярости. В целом, книжка более чем достойная, хоть, на мой вкус, Фишер немного переборщил с концентрацией побасенок и бородатых анекдотов. Читается она весело, быстро и с удовольствием, если ты не ханжа, и если тебе тоже приходится, порой, недоумевать. В ней есть особая жизненная философия, особая бытовая мудрость дружелюбного интроверта, живущего во враждебной среде процветающего и культивируемого идиотизма. P. S. Издатели поместили на обложку верблюда. Почему? Какое он имеет отношение к повествованию? Еще одна мелочь в копилку ежедневной чепухи, не иначе.

Нет-нет, верблюдов там нет, не ищите. Да, собственно, ничего не ищите. Там ничего нет, кроме наполненного простеньким юмором самодискурса, невнятного потока сознания, написанного мужчиной от лица женщины - так, как ему это представляется, конечно. И эта женщина предстает перед нами в нескольких ипостасях. Сначала, в «лондонской» части книги - как вполне благополучная Оушен-обывательница, в меру удачливая и не без претензий на «такую-растакую». Основу ее характера образует нарциссизм и снобистское брюзжание, слегка разбавленные любопытством к чужой жизни и демонстрируемой миру терпимостью к собственным и чужим слабостям. А все остальное - необъятное море прямолинейного житейского примитива: от нее мы узнаем истины вроде той, что иметь ненапряжную и неплохо оплачиваемую работу – это очень и очень хорошо, а вот быть бедным, больным и неудачливым – очень-очень плохо… Ну, если вы этого раньше не знали, тогда, конечно, читать стоит.

В ностальгичной барселонской части она же является нам как ленивая и циничная мимимишка Оушен-без-комплексов, жаждущая приключений на одно место и пребывающая в восторге от своей нехитрой телесной жизни по схеме «секс-и-кекс». И только страх за себя после цепочки никак не объясненных «несчастных случаев» и внезапное осознание собственной непопулярности у «коллег по цеху» (с чего бы вдруг? ведь я такая прикольная! и карри мне удался!) заставляют ее покинуть этот стрип-рай.

А дальше в «чуук-одлинской» части кое-как, а, скорее, никак, пытается завязаться невнятный сюжет: в затворническую лондонскую жизнь Оушен будто бы вторгается некое (но почему-то заинтриговавшее ее) барселонское прошлое, и наша обаяшка нанимает странноватого мужичка-неудачника Одли, кажется, списанного с Пьера Ришара в «Невезучих», для путешествия в Микронезию за никому не нужным письмецом из этого прошлого. Все нынешние, он-лайн транслируемые ей поиски и приключения мужичка перемежаются короткими рассказами про забавные и печальные случаи, случившиеся с ним в богатом на дурацкие события прошлом.

В этой книге много болтовни, но не происходит ровным счетом ничего, что могло бы заинтересовать кого-то, кроме самого автора и его персонажей, поэтому увлекательным этот виртуальный триптих-тревелог назвать трудно. Все простовато, мелковато, скучновато и очень-очень пошло. Разговоры ни о чем с самим собой-любимым. Не знаю, но, может быть, именно таким и представляется автору привычное течение современной жизни: немного того и сего с примесью чего-нибудь эдакого, но по сути - ничего заслуживающего внимания. Как-то обошлось без встреч с высоким и размышлений о судьбах мира. Но мне вполне хватило пыли от виртуализированного мусора, налетевшего со страниц этой книги.