Цитаты из книги Чума

Большинство страдало, в сущности, от нарушения своих привычек или от ущемления своих деловых интересов. Это раздражало или злило, а раздражение и злость не те чувства, которые можно противопоставить чуме.

Если случайно кто-нибудь из нас пытался довериться другому или хотя бы просто рассказать о своих чувствах, следовавший ответ, любой ответ, обычно воспринимался как оскорбление.

Таким образом, они испытывали исконную муку всех заключенных и всех изгнанников, а мука эта вот что такое – жить памятью, когда память уже ни на что не нужна.

Если позволительно изобразить тюремное заключение через другое тюремное заключение, то позволительно также изобразить любой действительно существующий в реальности предмет через нечто вообще

Надёжным способом защиты от власти эмоций было укрыться за этой броней очерствелости и потуже стянуть этот давящий где-то внутри узел.

Я потеряла того, кого я люблю. Мне предстоит теперь жить в одиночестве, и память об этом кошмаре — еще одна пытка

если конечно, не произойдет чего-нибудь непредвиденного. — Верно, – подтвердил Коттар, – если только не произойдет. А непредвиденное всегда происходит.

«Мне следовало бы тогда найти нужные слова, чтобы ее удержать, а я не нашел»

Даже у самого закоренелого убийцы бывают минуты, когда он чувствует себя неспособным убить.

Когда ты стар, на земле уже нет жилища, где бы ждал тебя отдых.

Разлука всегда удручает того, кто по-настоящему любит.

- Я никогда не видела тебя улыбающейся.

• Потому что я улыбаюсь у себя в комнате, когда бываю одна.

Париж становился его наваждением, и знакомые пейзажи – вода и старые камни, голуби на Пале-Рояль25, Северный вокзал, пустынные кварталы вокруг Пантеона26 и еще кое-какие парижские уголки – убивали всякое желание действовать, а ведь раньше Рамбер даже не подозревал, что любит их до боли.

... он-то понимал, как бесплодна жизнь, лишенная иллюзий.

Она умеет быть равной любому свету, будьте даже свет чумы.

- Чума- нескончаемое поражение. – А кто вас научил всему этому, доктор? – Человеческое горе.

М а т ь: Любовь матери к сыну - вот в чем сегодня я твердо уверена. Марта: А в том, что мать может любить свою дочь, вы уже не уверены? М а т ь: Мне бы сейчас не хотелось причинять тебе боль, Марта, но это действительно разные вещи. Это менее сильно.

Ни у кого из нас уже не сохранилось великих чувств. Зато все в равной мере испытывали чувства бесцветные.