Цитаты из книги Шинель

Хотя бы уже что-нибудь было вместо роса, а то ничего!

сновидения сделались его жизнию и с этого времени вся жизнь его приняла странный оборот:

Его идеал, его таинственный образ, оригинал мечтательных картин, та, которою он жил, так ужасно, так страдательно, так сладко жил.

Нет ничего приятнее, как быть обязану во всем самому себе.

Я всегда чувствую на душе досаду при виде богатого катафалка и бархатного гроба;

Один господин говорил с негодованием, что он не понимает, как в нынешний просвещенный век могут распространяться нелепые выдумки, и  что он удивляется, как не обратит на это внимание правительство. Господин этот, как видно, принадлежал к числу тех господ, которые желали бы впутать правительство во всё, даже в свои ежедневные ссоры с женою.

«Как же новую? Ведь у меня и денег на это нет».

«Все мы вышли из гоголевской „Шинели“»

- Фраза «Все мы вышли из гоголевской „Шинели“» принадлежит французскому критику Эжену Вогюэ. Он высказал её в серии статей «Современные русские писатели», опубликованных в парижском «Двухмесячном обозрении» в 1885 году.

Никто не сомневался о присутствии нечистой силы в этом человеке.

Казалось, даже в самом взгляде и выражении старика как будто что-то говорило, что он был у него эту ночь;

Боже, что за жизнь наша! вечный раздор мечты с существенностью!

Желал я славы и богатства Когда я получил то что хотел Я жизни прежней не видал во век И так умру я с богатством в голове!

Цитата: автор GlenYeun

"...и тогда улицы городка Б. наполняются теми дородными животными, которых тамошний городничий называет французами. Выставив серьезные морды из своих ванн, они подымают такое хрюканье, что проезжающему остается только погонять лошадей поскорее."

"...Пил он вовсе не так, как англичанин, который тотчас после обеда запирает дверь на крючок и нарезывается один. Напротив, он, как немец, пил всегда вдохновенно..."

на свете нет ничего долговечного, а именно потому радость в следующую минуту за первою уже не так жива

никогда жалость так сильно не овладевает нами, как при виде красоты, тронутой тлетворныс дыханием разврата

За ужином выпил он стакана два шампанского – средство, как известно, недурно действующее в рассуждении веселости. Шампанское сообщило ему расположение к разным экстренностям....

Об этом портном, конечно, не следовало бы много говорить, но так как уж заведено, чтобы в повести характер всякого лица был совершенно означен, то нечего делать, подавайте нам и Петровича сюда.