Эсхил, Софокл, Еврипид. Трагедии

ДОМОЧАДЕЦ:
О, если б Истр и Фасис, волны слив,
Струей могучей Фивы затопили —
Им все ж не смыть неслыханную скверну,
Что этот дом таит — еще таит,
Но вскоре обнаружит; скверну бедствий
И вольных и невольных; но душе
Больнее добровольное страданье.

АНТИСТРОФА II
Но Время все знало, и раскрыло все:
Предстал пред ним тот, кому и брак не в брак,
И кем рожден, от той родил:
То ты, Лаиев потомок, ты!
Лучше б, лучше б мне
Не видать тебя;
Погребальный стон
С уст моих готов слететь.
Правду скажу я: ты мне дал
Дух утомленный перевесть,
И ты же вновь тьмой покрыл мне очи!

ЭДИП:
А ты зачем меня другому отдал?

ПАСТУХ:
Мне стало жаль тебя, и я подумал:
Пусть на чужбину отнесет! А он
На горе страшное тебя сберег…
Да если ты — тот брошенный младенец,
То знай — себе на горе ты рожден!

ЭДИП:
Свершилось все, раскрылось до конца!
О свет! В последний раз тебя я вижу:
Нечестием мое рожденье было,
Нечестьем — подвиг и нечестьем — брак!

ВЕСТНИК:
Теперь припомни: не давал ли ты
Младенца мне в те дни на воспитанье?

ПАСТУХ:
К чему об этом спрашивать теперь?

ВЕСТНИК:
А вот к чему: младенец этот — вот он!

ПАСТУХ:
Да будет проклят твой язык! Молчи!

ЭДИП:
Я же
Свой корень — как ни скромен он — хочу
Увидеть. (...)
Я — сын Судьбы! от матери своей —
Она добра ко мне была — позора
Я не приму. А родичи мои —
Их Месяцами вы зовете — малым
Меня найдя, поставили великим.
Таким я стал; иным мне не бывать;
Итак, мой род — долой с тебя завесу!

ИОКАСТА:
Коль жизнь тебе мила, оставь расспросы.
Молю богами, — я и так страдаю.

ЭДИП:
Не бойся; пусть предстану пред тобой
Тройным рабом, — не станешь ты рабыней.

ЭДИП (к хору):
Кому-нибудь средь вас пастух тот ведом?
Быть может, видел кто его иль здесь,
Иль в деревнях? Скажите все, прошу вас;
Настало время тайну обличить.
(...)
Жена, скажи: не тот ли это самый,
Кому велели мы прийти сюда?

ИОКАСТА:
Как? Что? Кого назвал он? Не заботься,
Забудь скорее все его слова!

ЭДИП:
Тому не быть, чтоб я, с такой уликой,
Раскрыть свое рожденье упустил!

ЭДИП:
Феб мне предсказал,
Что с матерью сойтись в любви преступной
Мне суждено и кровь отца пролить.

ЭДИП:
Болезнь его сразила? Иль коварство?

ВЕСТНИК:
Для старости и мелочи довольно.
Огнь гаснущий и ветерок задует.

АНТИСТРОФА II
О Зевс-вершитель, выше всех царящий!
Коли права моя мольба —
Твой взор бессмертный обрати на дерзких!

АНТИСТРОФА I
Слепая спесь — власти чадо;
Спесь же, снедью благ пресытившись вконец,
Сверх меры пышных, вред в себе несущих —
На счастья крайний уступ взойдя,
С него стремглав в глубь несется бездны.

СТРОФА I
Судьба моя! Дай мне вечно
Слов и дел святую чистоту блюсти
И чтить Законы, что в небесной выси
Из лона Правды самой взошли.

ЭДИП:
На пиршестве, напившись до потери
Рассудка, гость какой-то в пьяном рвенье
«Поддельным сыном моего отца»
Меня назвал.

ЭДИП:
Боюсь, боюсь — был свыше меры зрячим
Пророк…

ИОКАСТА:
Несчастные! Теперь ли время ссоре
Бессмысленной? Страдает весь народ,
А вас заботят личные обиды?
Вернись в чертог, супруг мой; удались
И ты, Креонт; ничтожного предлога
В тяжелое не возводите зло!

КОРИФЕЙ:
Он молвит здраво; стерегись паденья!
Решений быстрых ненадежен путь.

ЭДИП:
Но если быстр предатель нечестивый,
И мне быть быстрым царский долг велит.
А буду медлить — увенчает счастье
Его коварство, мне ж готова смерть.

КРЕОНТ:
Противно правде — и дурных напрасно
Считать друзьями, и врагами добрых.
Кто друга верного изгнал, — тот жизни
Своей любимейший отрезал цвет.
Что ж, час придет — поймешь ты, что ты сделал.
Одно лишь время — добрым оправданье,
Других же в день ты уличишь один.

КРЕОНТ:
Нет, с разумом злодейство несовместно:
Ни сам к нему не склонен я, ни в долю
Меня сообщник не возьмет дурной.

КРЕОНТ:
Ужель милее царский мне венец
Безбольной чести, мирного величья?
Нет, не настолько я ума лишился,
Чтоб предпочесть тревожной власти бремя
Чете прекрасной: «выгода и блеск».

КРЕОНТ:
Не мудр же ты, коль вне стези рассудка
Находишь вкус в упрямом самомненье.

ЭДИП:
Не мудр и ты, коль мнишь избегнуть кары,
Предательски нарушив долг родства.