Третье место: кафе, кофейни, книжные магазины, бары, салоны красоты и другие места «тусовок» как фундамент сообщества

Книга Рэя Ольденбурга рассказывает о жизни и смерти общественных пространств в американских городах. «Третье место» (после дома — «номера первого» и работы — «номера второго») — это общественные места для неформальных встреч: кафе, библиотеки, магазины, аптеки и т.д., где люди в любое удобное для них время могут свободно и непринужденно общаться. Именно эти места отдыха, развлечений, обмена мнениями и пр. являются важнейшей частью повседневной жизни горожан, формируют городскую среду, и именно н...

Жанры

Рейтинг LiveLib

3,8

50 оценок

5
22%
4
48%
3
24%
2
4%
1
2%

Ваша оценка

Прочитали 59Хотят прочитать 363

Рецензии

lessthanone50
5 декабря 2014
Некоторым странам на нашей прекрасной планете повезло больше остальных: у них есть не только рестораны и бары, но и заведения, являющиеся почти национальными символами. Английский паб, французское бистро, венская кофейня – это не просто места, где можно пропустить стаканчик, перекусить или выпить кофе. Все они играют не последнюю общественную роль, являются частью повседневной жизни жителей и даже частью культуры. Именно их Рэй Ольденбург называет третьими местами (после первого места – дома и второго – работы).

Честно говоря, описывать третьи места можно долго. Поэтому я постаралась просто выделить ключевые приметы настоящего третьего места.
Оно демократично.
До него легко добраться пешком.
Обладает непритязательной обстановкой и скромным меню. Не это главное.
У него обязательно есть завсегдатаи.
Внутри всегда звучит беседа и часто – смех.
Обстановка непринужденная, полная шуточек и дружеских подначек.
Там чувствуешь себя «как дома».

Каждый, наверное, видел нечто подобное: видавшая виды закусочная или бар, куда каждый день наведываются герои сериала. Мне сейчас навскидку вспомнились кафе из «Друзей» и бар из «Бесстыжих». Это и есть классическое третье место. И еще мне очень нравится определение Ольденбурга: это то место, куда можно прийти в одиночку почти в любое время суток и встретить там знакомых.
Американец Рэй Ольденбург – горячий и преданный поклонник третьих мест, которых в его родной стране становится все меньше. Скупая линейная застройка пригородов, унылые и однообразные новые кварталы практически полностью лишены мест, которые могли бы стать центром общественной жизни или хотя бы общения. До всего надо добираться на машине, а это значит, что уходят непринужденность и удобство. Кроме того, шансы встретить знакомых без предварительной договоренности равны нулю. Я тут же вспомнила минские районы новостроек, куда по вечерам съезжаются толпы людей, чтобы заползти в свои норы и просидеть там до утра. Выбраться куда-то (особенно зимой) – это эпопея, ведь в шаговой доступности почти ничего нет. А если и есть, то это, скорее всего, весьма пафосное местечко с малоприятным ценами, посещение которого в одиночку довольно уныло. Было неожиданно узнать, что у нас с американцами схожие проблемы.
Ольденбург очень подробно и убедительно говорит о значении третьих мест в деле отдыха и сплочения людей. Они позволяют отдохнуть и расслабиться, почувствовать себя частью сообщества, оставаясь при этом в комфортных условиях и на нейтральной территории. Но вопрос с третьими местами – это, как водится, лишь малая часть большой беды. Главная проблема состоит в том, что основополагающая ценность американского народа – индивидуализм – приобрела угрожающие размеры. Концепция «идеального города» отправлена в утиль. На смену ей пришла идея «дома мечты» - замкнутого и самодостаточного (как хотелось бы думать) семейного мирка, комфортного до предела, надежно защищенного от вторжения. Люди общаются в малочисленном семейном кругу, начиная ожидать друг от друга слишком многого – всего. Подростки изнывают от скуки в идеально ровных, выхолощенных пригородах. Из развлечений – телевизор и торговый центр, который, в свою очередь, готовит из отрока очередного полноценного потребителя. Домохозяйки из пригородов лезут на стену от одиночества. Развлечения и отдых как-то сами собой начали ассоциироваться с приобретением, «быть» подменяется «иметь». Ну да вы и сами все это знаете. Ольденбург написал свою книгу 25 лет назад. И это он еще интернета не видел, хочется добавить мне.
Я не очень согласна с автором во взглядах на брак и семью. Мне кажется, что в его исследовании есть немалая доля ностальгии по «старым добрым временам», которые, как известно, не возвращаются. Я не уверена, что детям стоит так уж активно осваивать уличное пространство. Я вполне разделяю ценности индивидуализма. И, наконец, я еще тот домосед и мало страдаю от отсутствия третьего места. С другой стороны, если бы напротив моего дома был уютный, в меру освещенный барчик, в который можно заявиться едва ли не в пальто поверх пижамы, не стала бы я его завсегдатаем?..
Хорошая книга о городе, людях и обществе. Помогает лучше понять менталитет американцев и ужаснуться тому, насколько обделены культурой третьего места мы сами.
Читать далее
57 понравилось
899
abyssus
22 ноября 2014
Эта книга — некролог. Не плач по усопшему, но тоска по утраченному вперемешку с любимыми воспоминаниями. Может показаться, что книга написана недавно, это в России она недавно, а написана она двадцать пять лет назад. Когда интернет, смартфоны и компьютеры еще не захватили мир. Наверное, для автора их триумфальное шествование стало еще большим ударом, чем тиражирование торговых центров.
Мне было сложно читать эту книгу. Во-первых, я именно тот, кого Ольденбург называет немногочисленными отшельниками. Во-вторых, я не пью. В-третьих, отношусь к женскому полу. В-четвертых,.. короче, мне было сложно читать эту книгу как обывателю. С другой стороны, я отлично понимаю, что большинство людей не выбирают одиночество, что человек — существо общественное и нуждается в общении почти так же, как в еде и сне. Понимаю и то, что отчужденность, процветающая в современном обществе, угнетает большинство людей, которые мечутся между первым (домом) и вторым (работой) местами, не имея третьего места, утраченного места, в котором можно было бы насладиться беседой и не думать о проблемах на работе, в семье, о кредите и о вечно шумных соседях.
Студенту-урбанисту внутри меня чтение книги Ольденбурга тоже было в тягость. Но не потому, что я не согласна с автором. С ним могут быть несогласны только те, кто успешно превратил общество в потребителей. Для них эта книга опасна. Хотя кого я обманываю? Монополиям не страшен никто. Тем не менее, всем тем, кто имеет отношение к городскому планированию, книга к прочтению и осмыслению обязательна.
Если кто-то наивно полагает, что то, о чем пишет автор, применимо только к Америке, пусть посмотрит по сторонам и спросит себя AUFKM? Как сказал бы незабвенный Карлин, нас наеали. Нравится ли вам ваша улица? Есть ли куда сходить "отдохнуть душой" и пообщаться? Как часто вы встречаетесь с друзьями? Нравится ли вам часами стоять в пробках? Проводить воскресенье в торговом центре? Напиваться с друзьям на "пикниках"? "The planet is fine. The people are fcked".
Три вещи в этой книге дают повод для мысленной полемики с Ольденбургом.
Какого Хэмингуэя в названии фигурируют книжные магазины? В книге о них ни слова. И знаете, почему? Потому что книжные магазины — не третьи места, они не способствуют общению, а любители книг не желают, чтобы кто-то мешал своим трепом о том, как сыграла городская футбольная команда. И пить книжные черви предпочитают если не кофечай, то в одиночку. За реееедкими исключениями.
Рассуждения автора о гендерных отношениях, сексе и семейном благополучии. Безусловно, многое из того, о чем пишется в книге, правда. Но уж точно не абсолютная. И как бы Ольденбург не пытался представить женскую половину, нападок со стороны "слабого" пола ему избежать не удалось.
Надежда. Да, все очень, очень плохо. Да, третьи места могут стать ископаемыми, как трилобиты, которые когда-то наводняли океаны. Но надежда есть! Обитающая между строк и почти прямым текстом живучая надежда сходит со страниц книги:

Среда, в которой мы проживаем свою жизнь, — это не разложенные перед нами карты с бесконечным разнообразием пассивно выстроенных ситуаций и опыта. Это активная сила с диктаторской властью, которая прибавляет или отнимает опыт в зависимости от того, как она была спроектирована. Когда американцы начнут усваивать этот урок, в офисы планировщиков будет протоптана намного более широкая дорожка, чем к кушеткам психиатров. А когда этот урок будет полностью усвоен, снова станет возможным сообщество и снова можно будет каждый день праздновать его существование в новом поколении третьих мест. Если есть какое-то одно послание, которое я хотел бы оставить тем, кто приходит в отчаяние от безжизненных улиц пригородов, от "пластиковых" мест вдоль наших торговых улиц, от того тесного и негостеприимного беспорядка, который представляет собой "центр города", то мое послание таково: Все это может быть другим!
Я не столь оптимистична. Пару лет назад в отзыве на Момо я писала, что дарила бы эту книгу и детям, и взрослым. "Третье место" нужно дарить всем, но в особенности тем энтузиастам, которые пытаются эти третьи места открывать — под видом маленьких кофеен, баров и семейных ресторанчиков. Спрос рождает предложение — рыночный закон, который может возродить третьи места и, вместе с ними, городские сообщества.
Читать далее
30 понравилось
1,4K
AnnaYakovleva
5 апреля 2015
Вот lessthanone50 уже написала толковую и полную рецензию на эту книгу, и мне, в общем, достаточно согласиться по всем пунктам. Спасибо!)
Я эту книгу долго поймать не могла, до смешного - на лабиринте ее не было, в городе тоже, а в одном красноярском книжном, который работает с НЛО, ее не смогли найти на полках( в общем, правдами и неправдами получила "Третье место" и страшно другому красноярскому книжному за это благодарна)
С огромным удовольствием прочитала, узнав кучу нового не только об урбанистике, но и о быте американцев конца восьмидесятых - что, в общем, совпадает с описанием быта россиян сейчас, спасибо истории Родины моей. Сформулировала наконец для себя понятие третьего места, какие-то характеристики отмела, а в чем-то утвердилась. В частности, в понимании места, где ты являешься собой - не частью семьи или профессионалом, но вот Петей, Костей, Машей и Серафимой. Некое понимание внутренней свободы, раскрытию которой способствует внешняя обстановка.
Город, в котором я живу, я люблю именно за места - пусть я не захожу в любимый бар каждый день (да не каждую неделю, если быть честным), и кофейня в центре меня видит только утром воскресенья, а место, где мы раньше собирались по любому поводу и без, закрылось прошлым летом, я именно о них думала, пока читала эту книгу. И, правда, внутри ни слова про книжные магазины, но я точно знаю, что хочу делать такой книжный, который будет для горожан третьим местом. Пока все получается :)
Читать далее
9 понравилось
434