Сначала ничего не происходило, лишь улыбка медленно сползала с лица Упыря. Аликс показалось, что ее лицо было таким же, когда она подумала, что он предал ее. Теперь она могла посмотреть как в зеркало.
Упырь схватился за голову и упал у двери, скорчившись.
- Это дверь моего дома, - заскулил он, - и она закрыта… Зачем ты привела меня сюда? Ведь ты могла мне петь, и все было бы хорошо.
- Я хочу найти своих родителей, - пытаясь оправдаться, сказала Аликс, - простите меня, я не могу поступить иначе…
Упырь скрутился, стук, слышимый лишь ему, сводил монстра с ума.
- За что? Что я сделал плохого? Почему проклят не спать? Я проклят безумием, как же ты не понимаешь? Зачем ты привела меня сюда? Посмеяться над моей беспомощностью? – Он перевернулся, весь передернулся. - Хочешь увидеть меня жалким? Я так давно хочу покинуть этот шпиль, так давно хочу попасть домой… В твоем замке было хорошо, почему ты не осталась там? Разве ты не видишь, к чему приводят уходы из дома? К пропажам, к расстройствам, к смерти!
Аликс захотелось уйти. У нее не было ключа, чтобы открыть эту дверь. Конечно, она могла позвать Шута, но тогда пришлось бы отдать ему монетку, а они ей были очень нужны. Ведь за этой дверью нет ее родителей… Она вернется сюда с ключом и выпустит его. Не случится ли с ним за это время удара? Останется ли он в живых? Найдет ли она сюда путь?
Она запуталась. Упырь затрясся у двери. Он уже не выглядел грозным, страшным. Только очень несчастным.
- Я так хочу домой… - проскулил он.
- Я вернусь и выпущу вас.
Аликс шагнула назад и на что-то наткнулась. Две холодные руки опустились ей на плечи.
- Хорошо улиткам, - сказал Шут, - сунул голову в панцирь - и ты уже дома. Черепахи тоже в этом преуспели.
Аликс задрала голову, маска Шута как всегда улыбалась, но одет он был очень мрачно: черный цилиндр на голове, такого же цвета сюртук – точно на похороны явился.
- Вы довели хозяина шпиля до отчаяния, - покачал головой Шут. - Я думал вы в опасности, а вы - в драме.