– Ваши камеры ведут запись? – спросил Том кассира, показав ему свой жетон.

... все живое пахнет лучше смерти.

... для раскаяния никогда не поздно.

... либидо - как аппетит: чем меньше ешь, тем меньше хочется.

Каждый имеет право на свою точку зрения...

Знаешь, порой бывает достаточно одной искры, чтобы зажечь пламя жизни.

Женщине очень трудно отказаться от надежды стать матерью.

С ума сойти, сколько неинтересных вещей мы говорим любимым людям! А сколько всего мы им не говорим!

В ресторане было людно и шумно.

Агата попросила Милли остановиться на паркинге дайнера.

Один видеомонитор показывал зону вокруг самой кассы, второй – входную дверь, третий – всю станцию, в том числе «шевроле» на тротуаре.

– Я родом из Санта-Фе, Нью-Мексико.

– Твои Фрэнк и миссис Берлингот спросят, что ты там забыла.

– Фрэнк – вряд ли. У него нет привычки задавать вопросы.

В зеркале заднего вида на Милли, широко улыбаясь, смотрела незнакомая женщина.

Том пробежал глазами первый листок и схватил ручку, которую ему протягивал судья.

Судья поманил Тома к себе в кабинет, где сел в кресло, выдвинул ящик письменного стола и протянул ему два листка:

– Вот предписание, развязывающее тебе руки. Второй документ я получил сегодня утром от МС. Подпишешь – и можешь приступать к выполнению своих обязанностей.

Агата улеглась в постель и стала переключать телеканалы, пока не набрела на выпуск новостей, который досмотрела до конца.

Что важнее для слуги правосудия: поймать виновного или защитить невиновного?

Она вступила бы в бой с самим небом, если бы ей не понравился его цвет.

Сколько больничных палат можно было бы оборудовать, вместо того чтобы делать бомбу, сколько школ открыть, вместо того чтобы строить танки или вертолеты, сколько социального жилья соорудить на те деньги, которые шли на военные разработки? Слишком ужасные преступления, чтобы, видя их, не хотеть изменить мир!