Невероятная и печальная история о простодушной Эрендире и её бессердечной бабушке

Маркесовский магический реализм это зной, в котором рождаются пурпурно-бредовые облака. Это сон, приснившийся в удушливый полдень.
Вот Бабка, белая китиха. Жестокосердная- это элегантно сказано. Вдова контрабандиста, алчное чудовище. Она путешествует по пустыне, торгуя телом. Телом внучки.
Вот внучка, Эрендира-жертва жестокосердной бабки, но с блестящим будущим, ведь бабка носит жилет с золотыми слитками, а старуха не вечная. Хотя... кажется, вечная.
Вот Улисс- бледный рыцарь с тремя апельсинами, в сердцевине каждого из которых-бриллиантовое зернышко. Миссия рыцаря очевидна - спасти прекрасную принцессу от дракона-бабки. Но герой туговат. Рафинированный мальчик из приличной семьи, всему учить надо.
Ох, этот южноамериканский дурман, магреализм, павлиньи перья... Это жизнь в другой системе координат. Там дружат и богом, и с дьяволом. Там даже пролившаяся кровь оказывается мятной и зелёной. Все, быль и небыль, присыпано мерцающей пыльцой с крыльев экзотических стрекоз.

Поразительно, но этот эпизод совершенно не ужасает:

Старуха повесила на руку корзину с деньгами и скрылась в палатке, где было тесно, но уютно и прибрано. В глубине на раскладушке пластом лежала измученная, грязная от солдатского пота Эрендира. Ее била мелкая дрожь.

— Бабушка! — зарыдала она. — Я умираю.

Старуха тронула внучкин лоб и, убедившись, что жара нет, принялась ее утешать:

— Да там всего ничего. С десяток солдат, — сказала она.

Эрендира заплакала, нет, не заплакала, а завыла, как загнанное животное, и тогда старуха, сообразившая, что девочка переступила порог страха, принялась гладить ее по голове, приговаривая:

— Ну будет, будет… Вся беда в том, что ты пока малосильная, — сказала она. — Не плачь, умойся лучше настоем шалфея. Он освежает кровь. 

То ли дело европейские страдания : Золушки от тирании злой мачехи или бедняжки Козетты, идущей в холодную ночь за водой.

Зато этот момент:

Однажды утром, выбираясь из мрачной котловины, они уловили в ветре древний запах лавра, услышали обрывки чужестранной речи и ощутили вдруг какое-то стеснение в груди, великую жажду жизни. И было так потому, что они вышли к морю.

- Вот оно, гляди! — сказала бабка, жадно вдыхая прозрачное сияние Карибского моря, ибо полжизни пробыла в пустыне. — Нравится?

... пробуждает почти катарсис. Моё сердце остановилось, отдышалось немного и снова пошло.

Нет, здесь нет логики, этики и морали. Только зной...

Маркес умеет меня очаровать, умеет написать о самом мерзком красиво, что не оторваться. Хотя я вряд ли могу сказать, о чем эта книга, в чем ее главная мысль, хотя сюжет пересказать довольно просто. Возможно, самое главное здесь - заглавные образы. Очень колоритная бабка, победитель по натуре, умеющая подчинить себе чуть ли не всех встречных, и да, очень жестокосердная с сочувствующей манерой разговаривать. И Эрендира - антипод своей бабки, но, видимо, только до поры до времени. Простодушная ли? Это всё же вряд ли. Но Эрендира вся во власти бабки, несмотря ни ни какие мучения, на которые эта бабка обрекла свою внучку. Эрендира могла сбежать, могла убить бабку, но для всего этого чаша ее души должна была сначала переполниться, а чаша души у нее очень глубокая. И всё-таки в Эрендире просыпается постепенно что-то решительное и самостоятельное, что-то от своей бабки. А если не об образах, а сухо о проблемах в сюжете, то здесь во всей красе описано жестокое рабство несовершеннолетней девочки от своего законного представителя. Даже монастырь с тяжелым послушанием казался Эрендире чуть ли не раем. Но даже и монастырь не смог противостоять бабке. И на всеобщее обозрение в позорную клетку Эрендиру вытащили не потому, что она занимается недостойным делом, а потому, что создала жесткую конкуренцию другим девицам аналогичного поведения. Вот такая цивилизация описана Маркесом, причем, как он упоминает, случай с клеткой он наблюдал воочию вместе со своим другом (реальным). Ужасный мир, и не только потому, что одни жестоко паразитируют на других, а и потому, что завтра вчерашние страдальцы сами станут паразитами.

Всем, кто читал великий роман "Сто лет одиночества", думаю запомнились одни из персонажей, юная Эрендира и её алчная и ненасытная бабушка - монстр. Маркес буквально в нескольких предложениях сумел рассказать всю необычную их историю. Тем же, кто пока ещё не знаком с романом, думаю, будет кстати прочесть отрывок из него.

"Вместе с Франсиско Человеком в Макондо пожаловала женщина — такая толстая, что её несли в качалке четыре индейца, — и молоденькая мулатка беззащитного вида, она держала над женщиной зонтик, закрывая её от солнца». <…> «Девушка молча выразила ему свою признательность. Кожа у неё плотно обтягивала ребра. Спина была стёрта до крови. Дыхание — тяжёлое и прерывистое из-за глубокого изнеможения. Два года тому назад очень далеко от Макондо она заснула, не погасив свечу, а когда проснулась, вокруг полыхало пламя. Дом, в котором она жила вместе с воспитавшей её бабкой, сгорел дотла. С тех пор бабка водила её по городам и селениям и за двадцать сентаво укладывала в постель с мужчинами, чтобы возместить стоимость дома. По подсчётам девушки ей предстояло жить так ещё около десяти лет, принимая по семьдесят мужчин за ночь, ведь, кроме выплаты долга, надо было ещё оплачивать дорожные издержки, питание, а также индейцев-носильщиков."

Роман был написан в 1967, а спустя 5 лет, в 1972 году, писатель вновь вернулся к этим персонажам, расширил эту историю и преподнёс миру очень неоднозначную и противоречивую повесть. Возникает естественный вопрос: "Зачем?" Именно этот вопрос и сверлит мой мозг. Прочитав эту повесть, я до сих пор не могу на него ответить. Видимо, правы те, кто ставит мерой таланта писателя умение ставить вопросы, а не давать нам готовые ответы. Маркес, в этом случае, безусловно, вершина.

Итак, лишь три главных действующих лица. Бабушка - этакий монстр, не имеющий ни чувств, ни давления прожитых лет, лишь озабоченная собственной персоной, которая, кстати, пережила очень бурную молодость. Эрендира - незаконнорожденная 14- летняя внучка её сына, которая целыми днями и ночами ухаживает за бабушкой, выполняя просто беспрекословно любую её прихоть. В общем, современная Золушка. Улисс - как и должно быть, молодой и отважный герой - любовник, способный на всё, ради любимой. Вот, собственно, и всё, остальное есть лишь кружево, сплетённое писателем.

Сюжет описан уже был в романе, а Маркес лишь его развил. Конечно я не собираюсь вам его пересказывать и лишать удовольствия (либо неудовольствия) собственного познания и вхождения в этот маняще - отталкивающий, но всё равно необычайно талантливый мир. Скажу лишь то, что мне многое непонятно, многое совершенно не близко и кажется просто надуманным. Маркес будто специально ставит такие картонный декорации, которые не выдерживают здравого смысла. Маркес специально убеждает нас в том, что просто не может быть. Маркес заранее подготавливает нас к единственному явному и давным - давно избитому веками в литературе и фольклоре финалу. Так для чего же? Ведь не может столь яркий и талантливый писатель вернуться спустя пять лет к уже выведенной им теме, дабы её просто ввести в область сказочного абсурда! Единственным логическим моим ответом, пожалуй, будет то, что нам даётся эта повесть как малая часть того непонимания всего мира, который просто НЕОБЪЯСНИМ, как бы мы не пытались его привести к общему знаменателю.

А потому, прочтите эту небольшую повесть. А потому не сравнивайте своё восприятие её с чужими. А потому лишь наслаждайтесь этим безбрежно разнообразным миром, что дан нам. А потому цените каждую фразу, каждое предложение великого кудесника образов и слов ГАБРИЭЛЯ ГАРСИА МАРКЕСА.

Человек, который знает, как обрести прощение, уже наполовину обретает место в раю.