
Петр Рябов. Книге об анархизме
bookfriendlyc
- 358 книг

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Я продолжаю ходить вокруг творчества Ярослава Гашека: в мечтах я уже успешно покоряю его самый известный роман… Но пока довольствуюсь только рассказами – так сказать присматриваюсь и пробую потихоньку сойдемся ли мы с автором в плане юмора.
Данный рассказ мне очень понравился: в нем автор показывает, как одно абсолютно безвинное происшествие может запустить цепочку чуть ли не судьбоносных решений. В центре произведения находится художник Колдовский, который в прошлом уже рисовал прекрасную природу рядом с деревушкой Строзы. И вот он решил снова посетить эти места с молодым коллегой. И всё вроде их устраивает в местных пейзажах, но как будто чего-то не хватает. И решили эти творческие личности добавить в свои картины «огоньку» и запечатлеть на них стаю волков, рыскающих по округе.
Такое невинное решение приводит к чуть ли не панике у местного населения, которые волков не видели уже лет так двадцать.
Параллельно истории с художниками протекает линия молодого парня Юзефа, который через день ходит по три часа в соседнее поселение к понравившейся ему девушке. И вот когда парень решился уже просить руки красавицы возле его деревни «появились волки».
Мне понравился юмор автора: он смеется над своими персонажами, но как-то «по-доброму». Одно необдуманное решение переходит в недопонимание, потом в некую забавную путаницу, а в итоге всё эти недотёпы в итоге получает благополучное разрешение всех своих проблем.

Миниатюра Ярослава Гашека, известного своим солдатом Швейком и менее известным автором малой прозы. Со Швейком я не знакома, поскольку эта тема меня не очень интересует, но некоторые рассказы я читала. И Ярослав произвел тогда благоприятное впечатление, которое только улучшилось после этого очерка.
Тонкая, точная и аккуратная зарисовка о священнике, который очень любит лето и осень, но суровая и длинная зима вгоняет его в депрессию. И, чтобы не поддаться греху уныния, он разрабатывает рецепт лесного вина, принесшего ему известность на многие поколения.
Лесное вино, вино земляничное - это не простое вино, это эликсир, вобравший в себя запах и цвет леса, аромат и вкус земляничных цветов и ягод, которые он лично собирает на определенных местах. И всё равно это не просто травы - это плод его мыслей и жизни, концентрат любви к Богу, земле, людям и природе. Что может быть более божественным? Вы можете себе представить этот нектар?
Пока я читала рассказ, у меня текла слюна от аромата и вкуса, а как только автор описывал его цвет и консистенцию, то воображение сходило с ума от этого буйства и красоты.
Выпить божественный напиток и спеть песню - разве может быть что-то прекраснее? Разве в этот момент душа не устремляется в небеса? Ничто не чуждо ни священнику, ни архиепископу, ни простому кузнецу. Искусство способно открыть прекрасное в любой душе.
Вино здесь не только алкогольный напиток, оно ключ к красивому в душе человека. Очень хороший очерк, стоящий того, чтобы прочитать.

У меня сто лет в више болтался этот рассказ, очерк, он совсем коротенький, и я вообще удивлена, почему до него не дошли руки. Собственно, к моменту прочтения удивление стократно возросло. Почему? Вы все поймете сами.
История действительно о земляничном вине. Хотя и не только. Сначала нас погружают в совершенно чудесную атмосферу весенней поры и лета этого местечка, Тарновского края. Как нам будут живописать эти просторы и зелёные уголки, весну и лето, дивное разнотравье и ароматы полей и лесов, но как известно, после тепла приходит осень с ее ветрами, зима с ее снегами, и чтобы пережить холодное время, требуется как-то сохранить благоухание теплой поры, но как? Священник из Домбровиц долго думал, экспериментировал и придумал свой рецепт необычного вина, так его и назвав «Вино лесов, вино земляничное». И мы с вами последуем за ним, дабы наблюдать и практически участвовать в собирании ягод и разных трав, из которых любовно наш добрый священник будет готовить вино. Когда оно подойдет, он также старательно его разольет во множество бутылей, наклеет этикетки с тщательно выписанным названием и пригласит прихожан к себе домой на религиозную беседу с непременным вручением сего чудодейственного напитка.
Если вы думаете, что я и так подробно расписала рассказ, то это не так, это лишь начало, но о котором у автора написано просто-таки волшебно, чтобы представить, каково это, я слегка пыталась намекнуть, но удовольствие от описываемого вы испытаете, лишь читая, как Гашек описывает звуки, запахи, вся эта лепота, а порой чуть не священнодействие. И это что-то неописуемое. Но вернемся к чудодейственным свойствам сего нектара богов. Они настолько чудодейственны, что свое неотразимое действие начали производить на самого́ доброго старика-священника. Сие проявлялось по всякому и в звуковом и в другом исполнении. И ничем не мог он их отразить, священные тексты не действовали, свои собственные уговоры и убеждения обеспокоенной сестры оставались втуне... И тогда она прибегла к решительным действиям. Что было потом? Как минимум, было не менее решительное звучание в унисон.
Но разве важно, что было потом? Вся эта история, наполненная запахами и звуками лета поначалу, к зиме она поворачивается тоже радостной своей стороной. А сам священник в лесном и сельском крае обретал не только вдохновение за счет своих экспериментов, зимой ведь хорошо, когда думы и размышления идут по заданному пути, порою ответвляясь неожиданно, но и у этой неожиданности должна быть своя логика и свое умонастроение. А что может создавать это? Хорошая книга, понимающий собеседник и совершенно восхитительный напиток. Разве это не самая большая радость для милейшего старика-священника? А эта крошечная история написана настолько волшебным языком, что проникает в самую душу и дарит неописуемое наслаждение и настроение.

Каждый, кому когда-либо приходилось вступать на пражский мост, наверняка сознавал всю значительность этого момента.
Строго официальные лица чиновников в будке и перед ней; осанистая, полная достоинства фигура полицейского у проезжей дороги; наконец, таблица, бесстрастно перечисляющая пошлины, взимаемые как с людей, так и со скотины, — всё это уже приводит вас в священный трепет.
А стоит чуть-чуть повнимательнее вглядеться в лица неподкупных блюстителей порядка, перед которыми бессильно даже женское очарование, и у вас возникает непреодолимое желание поцеловать руку, протянутую за крейцером.
Самоотверженная любовь, преданность магистрату, служебное рвение и неподкупность сначала умиляют вас. Но когда вы вспомните, что этих людей в плоских фуражках охраняет закон, строго карающий за всякое оскорбление должностного лица, вы не выдержите и, сняв шляпу перед неумолимыми Брутами города Праги, сунете им в руку крейцер.

Основная функция медицинской комиссии — производить осмотр. Но правильно говорил один штабной врач:
— Осматривая больного, я исхожу из убеждения, что речь должна идти не об осмотре, а о досмотре, что больной безусловно здоров, как бык. В соответствии с этим я и действую. Пропишу ему хинин, диету. И через трое суток — будьте покойны! — непременно выпишу из больницы! А ежели симулянт все-таки умрет, так это нарочно, чтобы нам насолить и самому не сесть в тюрьму за обман. Поэтому говорю вам: не осмотр, а досмотр! Подозревай каждого до его последнего вздоха!








Другие издания


