Мои воспоминания. Под властью трех царей

Впервые я почувствовала могущественную привлекательность родины, которой не испытывала в Петербурге, где все казалось мне холодным, правда очень прекрасным, но официальным. С тех пор это чувство не покидало меня, и слово «родина» для меня навсегда связано с поместьем Степановское. Большая часть моей деятельности связана с этим поместьем, и в дни, когда революция уничтожала наше владение и нашей жизни стала угрожать опасность, я получала из Степановского множество доказательств неослабной привязанности, что лишний раз меня убедило, как крепки были связи, триста лет соединявшие нашу семью с этой частью земли. В тот первый визит, когда мы, дети, посетили наше поместье, отец провел нас по залам особняка, показал библиотеку и картинную галерею, а мы следовали за ним в благоговейном, почтительном удивлении. Повсюду стояли большие хрустальные вазы с великолепными фруктами, и мы были счастливы, когда отец сказал: «Ешьте, дети, это все для вас!»

Однако позже я узнала, что заявление посла было основано на донесении английской разведки и что в нем содержалась частица правды. Действительно, существовал заговор, целью которого было достижение сепаратного мира при посредничестве Распутина. Прекрасно зная, что Царь никогда не согласится на участие в таком заговоре, злоумышленники прилагали все усилия, чтобы заставить его отречься от престола, после чего намеревались провозгласить Императрицу регентшей. Осознанно или нет, Анна Вырубова находилась в центре этой интриги, так как было хорошо известно, что почти все министры приезжают к ней за советом. Все лица, которые могли выразить неодобрение такой политике, были постепенно удалены от двора, и даже великие князья были принципиально отстранены от дел.

Немного позже стали появляться признаки общего беспорядка. Министры быстро сменялись один другим, все возрастающие тревожные слухи о влиянии Распутина распространялись по городу, и когда наконец Протопопов был назначен министром внутренних дел, все стали утверждать, что он купил эту должность у Распутина за пятьдесят тысяч рублей. Первый взрыв негодования был направлен против Царицы, которую совершенно справедливо обвиняли в том, что она оказывает влияние на супруга, согласовываясь с указаниями Распутина. К тому же утверждали, будто Императрица поддерживает тайные отношения с немцами и занимается подготовкой сепаратного мира, в то время как Император заявляет о своей нерушимой солидарности с союзниками. Положение стало настолько тревожным, что Король Англии направил Импера­тору письмо, предлагая отправить Императрицу на отдых в Сандрингэм.

Осенью того же 1900 года Император [Николай II] в Крыму тяжело заболел тифом. Императрица денно и нощно ухаживала за ним, со всей жертвенностью и со знанием дела опытной сестры милосердия, хотя, будучи в положении, должна была думать о своем здоровье. Некоторое время состояние Императора было настолько тяжелым, что министры сочли нужным заранее подготовиться к худшему. В качестве наследника престола они решили выбрать великого князя Михаила Александровича, но лишь до рождения ожидаемого ребенка. Подобные приготовления глубоко оскорбляли и возмущали Императрицу — любящую супругу и мать еще не рожденного ребенка. К счастью, опасения оказались напрасными и беда миновала.