Записки для моих потомков

...пыль — это уснувший ветер. Осенью он усыпляет в воздушных ладонях увядшие цветы и листья, и они превращаются в тени с цветочным запахом.

Я попросила у бабушки чистый носовой платок. Мне, пока не забыла, тоже было необходимо завязать узелок. В него поместилось всё, что я хотела взять с собой в город: друзья, Мальва, все остальные звери, старенький дом, девочка Лида — много всего. Я положу платок в коробку с моими сокровищами. А если будет скучно или плохо, развяжу узелок, порадуюсь и завяжу снова.

Я люблю деревню: тут гораздо больше лета, солнца и травы, чем в городе. Есть речка и озеро, в которых можно купаться. И тут самые лучшие в мире друзья. Да что говорить, в деревне всё в сто раз лучше!

Эхо живёт глубоко в бочке. Если свеситься туда и заглянуть, можно его увидеть. Оно похоже на меня, с такими же косичками и круглым лицом.

Я даже слов таких слышать не хочу — «война», «бомбы», «террор» и «оружие». Вот мы вырастем и сделаем так, чтобы наши потомки вообще не знали ни о каких военных гранатах! Только о съедобных.

Я никогда в жизни не пойму: почему за такое чудо требуют какие-то бумажки? Разве они лучше или красивее? Продавать можно сапоги, чайник, огурцы или лук. Но торговать кораблем, рвущимся к морю - настоящее преступление.

Человек не должен быть один. Он должен кого-то любить, с кем-то ссориться и драться. Без этого жизнь будет как несолёный суп или потолок без трещин.

Мне тоже порой хочется жить одной всю жизнь. Или хотя бы три часа. Но я, наверное, не выдержу.

...она предложила попробовать самим заработать деньги. Сделать это осень трудно. Взрослые всегда устраивают так, чтобы дети делали все бесплатно. Детский труд выгоден, а чтобы мы не возмущались, его называют «воспитательными целями».

За мной увязалась собака Мальва. Мы с ней иногда разговариваем, только она в основном помалкивает. Знает, хитренькая, что тот, кто молчит, всегда кажется умнее.