
Секс, эротика, порнография в литературе
Kolobrod
- 299 книг

Ваша оценка
Ваша оценка
Прекрасный пример пресловутой игры в бисер, вряд ли хоть один человек на свете знал столько синонимов к словам, означающим половые органы, половой контакт и т. д. , причем доходящие до гротескной степени абсурда. С точки зрения языка книга безусловно должна быть оценена высшим баллом, это действительно шикарное произведение, показывающее мастерство Кроули как писателя. Что касательно цели, преследуемой автором - да, эта книга у меня вызывала улыбку, действительно забавно. Для викторианской эпохи это было предельно эпатажным произведением, далеко за гранью фола, правда, справедливости ради, стоит отметить, что сейчас произведение выглядит довольно наивным, даже детским, что-то типа ребенка, старающегося написать как можно больше гадостей.

— Пальчики оближешь! — неохотно признал продажный газетчик. — Беспардонно, говнисто, грязно!
Сексуальные практики и жгучую ненависть к христианству Кроули синтезировал в этот безумный роман, гадкий, похотливый - одним словом, Развратный. Последствием цитирования наиболее ярких отрывков из этого произведения будет вечный бан на мало-мальски приличном лит.форуме. Явление, предвосхитившее Берроуза, Хоума, и прочее, но вышедшее значительно позднее - "Развратный роман" превзошел своих аморальных эпигонов в лютости коктейля, состоящего из порнографии, атеизма, черного юмора, мата и аллюзий на значимые произведения того времени. Это просто очередная форма кроулианского творчества, взращенная на де Саде, но из-за обилия темной энергетики в мозгу создателя, выродившаяся в полоумное чудовище, сметающее все на своем пути.
Безбашенная книга.

Ни одной отрицательной рецензии.. на это дерьмо нету!
Тогда я буду первым:
Эта книга, как срущие жирные китаянки друг на друга! Честно, не ожидал, что всё окажется настолько дерьмово.

Но по–настоящему велик лишь тот, кто в победный час навязывает разумные условия перемирия, а вовсе не тот, кто оскорбляет и доводит до отчаяния противника, возможно, уже готового пойти на обоюдовыгодный компромисс.

Теперь пришла пора и моей сестре выбрать для себя забаву. Ее похотливый взгляд остановился на красивом чистокровном негре с великолепным торсом. Подозвав к себе, она одарила его пламенным взором, тотчас очаровавшим беднягу. Сестра озорно обнажила свою смуглянку–бесс, и боязливая тростина парня приподняла прелестную головку. Сестра позвала на помощь, завопив, что раб хочет ее изнасиловать. Надсмотрщик, нередко присутствовавший на подобных развлечениях, взмахнул палкой и сильно ударил по преступному посоху, который сразу же поник. Хохотушка продолжала флиртовать, пока оскорбление не повторялось, а за ним опять следовало наказание. Она подходила все ближе, кружась в восхитительном танце, а жестокая трость вновь и вновь обрушивалась на домкрат вопящего раба. Подойдя еще ближе, она щекотала волшебным язычком чувствительный пудинг, тот неизменно вставал, а надсмотрщик укладывал его искусным ударом. Будешь знать, как пялиться на хозяйку, мерзавец! — кричала она, ластясь своим разгоряченным родимым пятном к измочаленному брюховспарывателю. В конце концов, несмотря на все свое искусство, она больше не могла поднять поникшую головку, превратившуюся в бесформенное месиво. Припав нежным ротиком к окровавленному кончику, она с беспредельной похотью принялась жевать и глотать промежностный пудинг вопящего негра. В завершение трапезы она зверски укусила его волосатые подвески и заглотнула их с острейшим наслаждением. Не удовлетворившись зрелищем учиненных страданий, сестра приказала проткнуть его ягодицы металлическими крюками и раздвинуть их, после чего вбила клин ему в очко, так что сломался таз. С адским хохотом она подписала вольную и вручила ее негру.

— Родом я из Бездны, — начал Архиепископ, — и всю жизнь пытался туда вернуться.












Другие издания

