Slowly, painfully, I realized what I had been reading from the very first words of his journal. My husband had had an inner life that went beyond his gregarious exterior, and if I had known enough to let him inside my guard, I might have understood this fact. Except I hadn't, of course.

Our relationship had been thready for a while, in part because he was gregarious and I preferred solitude. This had once been a source of strength in our relationship, but no longer. Not only I found him handsome but I admired his confident, outgoing nature, his need to be around people - I recognized this as a healthy counterbalance to my personality.

В то время мне хотелось покончить со всем, и я искала в пустых и чужих лицах, даже до боли знакомых, своего рода избавления. Намека на то, что умереть – не значит прекратить жить.

Жизнь на оккупированной человеком территории трагична и редко заканчивается хорошо.

"Will you come after me if I don't come back? If you can?"

"You're coming back," I told him. To sit right here, like a golem, with all the things I knew about you drained out.

How I wish, beyond reason, that I had answered him, even to tell him no.

And how I wish now—even though it was always impossible—that, in the end, I had gone to Area X for him.

Наблюдение для меня всегда было важнее взаимодействия – и муж наверняка об этом знал.

Даже бар можно назвать, пусть и с натяжкой, своего рода экосистемой.

Там, где покоится зловонный плод, что грешник преподнес на длани своей, произведу я семена мертвецов и разделю его с червями.

Звезды в Зоне Икс выглядели странными и были рассеяны в хаотичном и незнакомом порядке, хотя не далее как прошлой ночью я искала успокоения в знакомых созвездиях. Может, я только сейчас видела, какие они на самом деле? Может, я нахожусь дальше от дома, чем предполагала? Эта мысль принесла с собой нежданное и мрачное удовлетворение.

Хорошая пародия на Стругацких.

От ее лица практически ничего не осталось, лоскуты кожи покрывали странные ожоги, нижняя челюсть вырвана какой-то нечеловеческой силой, на груди образовался холмик зеленого пепла, высыпавшегося изо рта. Руки лежали на коленях ладонями вниз, сожженная кожа почти везде превратилась в тонкую пленку. Ноги ниже колен отсутствовали, а выше – сплавлены вместе. Одного ботинка не хватало, другой обнаружился у противоположной стены.

- Кто тебя преследовал?

• Я не видела. Никого там не было... Или я видела, и не раз. Внутри себя. Внутри тебя... Я хотела сбежать. От того, что внутри меня.

that bled a dark gold color into the still water as if it were on fire.

There shall be in the planting in the shadows a grace and a mercy that shall bloom dark flowers, and their teeth shall devour and sustain and herald the passing of an age

You can either waste time worrying about a death that might not come or concentrate on what’s left to you.

In that moat vast sea creatures swam, oblivious to me watching them; I could feel the absence of their regard like a kind of terrible bereavement.

A man who had said, in a calm and even tone, “It was quite beautiful, quite peaceful in Area X. We saw nothing unusual. Nothing at all.” And then had smiled in a vague way.
Death, as I was beginning to understand it, was not the same thing here as back across the border.

The ever-more distant sound of waves was like eavesdropping on a sinister, whispering conversation.

Silence creates its own violence.