Моя жена Любовь Орлова. Переписка на лезвии ножа

Мэтр нашего кинематографа, создатель фейерверка советских кинокомедий «Веселые ребята», «Цирк», «Волга-Волга», Григорий Александров начинал свою карьеру помощником великого Сергея Эйзенштейна. Вместе с ним снимал знаменитый на весь мир фильм «Броненосец «Потемкин». Режиссеров связывали долгие творческие и личные отношения, по поводу которых ходило немало кривотолков. Впоследствии их пути разошлись, и Александров «поставит точку» на подаренном Эйзенштейну буклете «Веселых ребят»: «Дорогому Учит...

Жанры

Рейтинг LiveLib

4,2

5 оценок

5
40%
4
60%
3
0%
2
0%
1
0%

Ваша оценка

Прочитали 5Хотят прочитать 10

Рецензии

M_Aglaya30 декабря 2014 г.
Издание включает в себя часть александровского архива, конкретно - письма режиссера, иногда адресованные ему письма. Первое впечатление...
Нет, самое первое впечатление - я фигею, дорогая редакция! Вот просто в буквальном смысле. Ну, нельзя же с таким материалом действовать настолько тупо и бездарно, настолько убойно-забойными методами пиара, маркетинга и чего там еще. На кой черт сюда прилепили это дебильное название в духе мексиканской мыльной оперы? Не говоря уж о нелепой обложке, в броских красно-зеленых красках. Аляповатый рисунок изображает Александрова и Эйзенштейна по бокам, смотрящих друг на друга со странным выражением, и крупным планом между ними Любовь Орлова. Я даже не знаю - выглядит, как будто издательство намекает на какой-то треугольник?? Что за бред...
Так вот - название вообще не в тему. Здесь нет ничего про Любовь Орлову. Если не считать пары записок "уже скучаю" и подписей в ряде последних писем "Г.Александров и Л.Орлова поздравляют вас..." с Новым годом или присвоением почетного звания, не суть важно.
Зато в предисловии рассказали загадочную историю, опять же в духе сериальных мелодрам, как третья жена, она же невестка, так ненавидела Орлову, что уничтожила то, что ее касалось, и вообще не принимала мер к сохранению архива. И даже пыталась что-то там продать втридорога! Так вы это дикое название прилепили на основании собственной вступительной статьи?! Ну, вот лучше бы сосредоточились на собирании материала в более полном виде, больше толку бы было... Но они на этот счет написали, что это представляет очень большие труды и затраты сил и времени. Еще бы. (((
В общем, как я поняла, издательство ограничилось в основном тем, что залезло в архив Эйзенштейна (который соратники и наследники как раз очень прилежно собирали и хранили), если не считать некоторого числа писем, что ли оставшихся на руках семьи... Поэтому тут достаточно подробно представлен период 20-х- начала 30-х, включая письма из-за границы. И по этим письмам можно почувствовать свой особый стиль, какую-то особую интонацию... Чего в остальных письмах - более официальных и протокольных просто нет. Ну и, конечно, чувствуется, что где-то за кадром остаются горы материала. Масса вопросов возникает... Как, например, относительно заграничного периода просто возникает впечатление, что Александров писал исключительно матери Эйзенштейна и общей знакомой!
Очень жаль, что, видимо, не сохранился архив за очень напряженный и интересный период - главный в жизни режиссера, когда снимались все его звездные фильмы, за период военного времени и работы в эвакуации... Как-то все же кажется, на основании предыдущих писем, таких искренних и выразительных, что он нашел, что сообщить интересного... ((
Тем не менее, хотя бы за "эйзенштейновский" период, очень интересный и познавательный материал. Очень туманно дается представление о неоднозначных личных отношениях, есть касающееся технической стороны съемок и кинопроизводства в целом (что всегда интересно и редко встречается), даже факты и реалии из разряда "наши за границей". )))
В общем, возвращаясь к "первому впечатлению", так хочется сказать избитое "это было сложное (неоднозначное) время и сложные (неоднозначные) люди".))) А также, что "история не знает сослагательного наклонения". В смысле, кто знает, как развивался бы Александров если бы их с Эйзенштейном дороги не разошлись, и какие бы фильмы он снимал в итоге. Может, это было бы что-то гениальное... Но лично я рада, что в результате мы получили фильмы с Орловой, нам было бы без них очень плохо. ))

"Количество наших врагов определяется качеством нашей работы, и чем лучше наши дела, тем злее враги."

"В Голливуде можно технически и со звуком, и со съемкой сделать все, что хочется. Вот от этого и усложняется работа, потому что хочется много."

"Дыхание спящего ребенка и разговоры шепотом, мяуканье кошки и бульканье кипящей воды - все это сильнейшие аттракционы, сила которых еще не совсем понятна и использована."

"Землетрясение - это большое событие. Но подобных событий мелкого масштаба мы имеем так много, что наша жизнь похожа на флаг, развевающийся на ветру."
Читать далее
11
148
GulnaraApakova19 апреля 2019 г.
Про Любовь Орлову здесь почти ничего нет.
Обложка вводит в заблуждение, аннотация вводит в заблуждение.
В этой книге представлена частично сохранившаяся переписка режиссёра Григория Александрова с современниками, коллегами, друзьями.
Да, есть несколько записок от Орловой - Александрову. Да, есть несколько записок от Григория Александрова - Орловой. Но если их сложить вместе - не наберется и на два листа.
Весь остальной контент (98%) - имеет к Орловой отношение разве что косвенное. Например, есть несколько писем в пору, когда Александров снимал кинокартины "Весёлые ребята", "Цирк" и другие.
Есть фотографии с Орловой, немного, но есть.
В целом интересно прочесть, если вас интересует история звукового советского кино (кто и как завёз и откуда).
Будет полезно тем, кто интересуется некоторыми подробностями киноиндустрии советского времени, персоной самого Александрова, его учителя (как он сам называл его) Сергея Эйзенштейна, тем как Александров общался с Чаплиным, как описывал впечатления про картину "Голубой ангел" и другие биографические моменты, которые можно почерпнуть из подобного рода книг.
Вот только про Орлову тут почти ничего. Потому что третья жена господина Александрова (бывшая, к слову, женой его сына) избирательно уничтожила практически весь архив переписки Александрова со второй женой, Любовью Орловой.
А составители этой книги решили привлечь внимание при помощи обмана.
Такие вот маркетинговые новаторские приёмы.
p.s. И уж не знаю, на лезвие какого такого ножа намекают в названии. Разве что канцелярского.
Читать далее
8
412
Dante_Sartre28 декабря 2015 г.
"Ензинштейн Александров"
Г. Александров – П. Аташевой (февраль 1963 года)
Вспоминал Старика, шлю Вам свои приветы и хочу вас повидать.
Я не испытывал такого волнения с тех пор, как сел читать переписку Кафки с Миленой. Письма Александрова и Александрову вызвали, пожалуй, практически такую же сильную бурю чувств и эмоций, которыми я захлебывался буквально до последней страницы.
Конечно, только ленивый не отметил сбивающую с толку непросвещенных ересь на обложке: при чем тут переписка с Орловой и где в тексте затерялось лезвие ножа остается непонятным на протяжении всей книги. Но это и неважно, потому что главное в этой книге – те вехи, которые в своей жизни проходит Гриша Александров.
Именно Гриша.
Красивый, двадцатидвухлетний, – таким, по-маяковски удалым, он предстает в самом начале книги. Он меняется, трансформируется, перерастает себя, но не постепенно, а рывками, пребывая в каждом очередном состоянии на протяжении десятилетий.
Эта книга заинтересовала меня постольку, поскольку я люблю Эйзенштейна, а люблю я его безмерно и бескрайне. И немалая часть книги – как раз о нем, о его характере, поступках, влиянии на своего ученика и друга Гришу.
Работа с Эйзенштейном – то, что характеризует первый творческий период Александрова, и наблюдать за ним по письмам и телеграммам невероятно увлекательно и немного грустно. Ведь Александров, известный как создатель музыкальных комедий, к которым у него лежала душа, предстает совсем иным: постоянно спешащий и не укладывающийся в любые сроки, что не связаны с кинематографом; переживающий и волнующийся, тревожащийся и задвинутый на второй план, вынужденный многому учиться не просто на ходу – на лету! Александров сутками не спит, безвылазно сидит над бумагами и записями, когда не идут съемки, а на съемках погружается в процесс полностью, постоянно что-то изучая и совершенствуясь.
Сколько до колик смешных историй он и его корреспонденты упоминают за этот период! Сколько нелепостей случается с ними всеми – в какой-то момент чтения ты отрываешь взгляд от страниц и осознаешь, что будто бы сам участвовал в переписке, знаешь всех этих веселых ребят: и самого Гришу Александрова, и Старика Эйзенштейна, и Эсфирь Шуб, и, конечно, Перинку Аташеву... И многих других.
Перед твоими глазами, в конце концов, разворачивается целая жизнь – фрагментами, но зато настолько живыми, что погружаешься в нее с головой.
Оттого особенно грустно видеть, как Александров на глазах становится серьезнее и умудреннее. Он пишет все больше докладных записок и получает все больше комментариев к фильмом от зрителей. Ввязывается в споры с руководством киностудии, с министрами кинематографии и так далее – вязнет в бюрократии, как герой Кафки.
Любовь, говорите вы? И добавляете – Орлова. Да только посмотрите на него: как он был сложен и чувствителен в годы юности, в свои 20-30 лет. Как он переживал, как бегал с в последнюю секунду домонтаженными фильмами, как переживал самые ужасные бури и болезни в Мексике, как изучал язык и музыку в САСШ, как хватался за голову, не получая дальнейших указаний к работе от уехавшего монтировать бесконечные метры Эйзенштейна! Александров так хотел продолжать работать в том же ритме, в том же темпе, но болезни и бюрократы брал свое.
А ты за этим наблюдаешь через письма его и ему.
Так или иначе, эта книга – волнующая и гнетущая, веселая и грустная, увлекательная и тяжелая – доставит огромное удовольствие всякому, кто хоть немного (и уж тем более – сильно) интересуется кинематографом, творчеством и жизнью Александрова и Эйзенштейна, особенностями съемочного процесса и отечественным кино в развитии. В ней есть драма и анекдоты из жизни – она не заставит скучать, но может заставить плакать.
Тут уж как повезет.
Читать далее
2
112