Первого тома у меня нет, поэтому начала чтение со второго. Если честно, когда я наугад открыла роман и сразу наткнулась на ляп, то подумала: за каким я это купила? А даже очень хорошо прочиталось, хоть и не со всеми трактовками я согласна.
Царь в романе очень хорош, даже слишком. Мне кажется, таких, без недостатков, не бывает. И великий полководец, и прозорливый политик, и врагов просчитывает на несколько шагов вперед, и принимает исключительно правильные решения, и милостив, и справедлив, и тяжелое бремя по управлению державой с честью выполняет. Бояре же в большинстве своем - предатели, постоянно интригующие и плетущие козни, запросто и Родину продадут, лишь бы богатства и власть не потерять.
В романе много времени уделено вымышленным персонажам - князю Дмитрию Ургину с сыном Алексеем. Как я поняла, в первой книге Ургин много настрадался, но всегда и во всем поддерживал государя, т.к. еще Василию III обещал верой и правдой служить его наследнику. Ясно, что автору нужны были герои, которые были бы царскими друзьями и соратниками на протяжении всей жизни, а в действительности таких не наблюдалось.
Безумно раздражал Малюта, в каждой бочке затычка. И мудрый советчик, и храбрый воин, и гений сыска, Шерлок Холмс и МВД, елки-палки. А ведь на деле там, где надо думать, Скуратов не шибко отличался, он был нужен для иного. Я страдаю, что сгорел опричный архив, и точно не известно, что произошло с моим любимым семейством. Здесь Алексей Басманов со своими подельниками архимандритом Пименом Новгородским и боярином Даниловым извели честного человека митрополита Филиппа. И за убийство царского друга и государственную измену Басманов отделался легким испугом, т.е. ссылкой? Но в злодея всея Руси Алексея Даниловича я верю еще меньше.
Годуновы - гадость, и Борис, и Ирина. Будущий царь выскочил как черт из коробки, до последней главы о нем ни слуху, ни духу, и быстренько сотворил свое черное дело.
Еще на протяжении практически всего романа гоняются за неуловимым разбойником Кудеяром, оказавшимся эдаким русским Робин Гудом.
4 понравилось
