Изгнанник

– Дурной сын как бородавка на лице отца, – вздохнул государь. Шани сочувственно кивнул. – И срезать больно, и носить некрасиво…

– Вкус власти нуждается в том, чтобы его вдумчиво распробовали. Тогда и любовь к нему придет.

Мы не видим ни любви, ни совести нашими обычными человеческими глазами, но это не значит, что их не существует.

смерть похожа на мрачную картину, на которой вся природа уходит в сон и красные облетающие листья струятся по земле за похоронной процессией

Раньше были времена, а теперь мгновения.

Под утро волу в кувшине сковывало тонкой корочкой льда, а кастелян придерживался благоразумного, по местным меркам, мнения о том, что "лучше вон ещё один какон к святой Агнес прочти, а рожу-то обмыть всегда успеешь".

Когда Шани поинтересовался у отца Гнасия, чем охотники убивают медоедов, тот ответил просто:

• Рогатиной, малыш. Палка такая.

– Мне не по себе, – признался он. – Я чего-то боюсь, но не знаю, чего именно.

– Будущего, малыш, – ответил отец Гнасий, подумав. – Только его мы на самом деле и боимся.

Отец Гнасий выслушал его и разрешил отправляться в поход; Шани заметил, что у настоятеля монастыря было дело поинтереснее - вызрела очередная партия настойки для отправки в столицу, партию надо было досконально проверить, и отец Гнасий пребывал в совершенно благостном расположении духа.

Отец Гнасий подошёл и постучал ему по голове.

• А вот сей предмет тебе зачем дан? Как раз для того, чтобы думать и понимать последствия своих действий.