Сципион Африканский

Высшее самопожертвование было одной из величайших моральных сил в развитии мировой цивилизации. Но сила сципионовского примера была, к несчастью, затемнена эгоистическими амбициями таких людей, как Марий, Сулла и Цезарь.

Факт, что Цезаря знают все, а Сципион в глазах среднего образованного человека – это немногим более, чем просто имя, курьезным образом отражает наши исторические стандарты, ибо один положил начало мировому господству римской цивилизации, а другой вымостил ей дорогу к упадку.

Сравните действия Сципиона со зрелищем Цезаря, неохотно отвергающего, под стенания толпы, царскую диадему, предлагаемую своими сторонниками по предварительному сговору.

Найдется ли во всей истории еще один человек, который оттолкнул бы такой грандиозный приз, когда он был не просто в пределах досягаемости, когда его навязывали ему? Пример Цинцинната, вернувшегося на свою ферму после выполнения своей диктаторской миссии, бессмертен, однако Сципион не просто повторил, но затмил его.

По прибытии в Рим он [Сципион] вступил в город в триумфальном шествии «беспримерного великолепия» и раздал каждому из солдат по четыреста ассов за счет добычи. В это время он получил прозвище Африканский, став «первым полководцем, назвавшимся по имени страны, которую он завоевал».

...И все же за свою конструктивную мудрость Ганнибал заплатил ссылкой и вынужденным самоубийством, а Сципион окончил свои дни в добровольном изгнании из государства, которое надолго осталось без кормчего.

Карфагеняне должны были выдать... всех слонов, и не дрессировать их впредь – Сципион, очевидно, уважал слонов больше, чем некоторые современные военные историки.

О немногих военных вождях можно сказать, что их тактическое мастерство равнялось стратегическому, и наоборот. Иллюстрацией является Наполеон.

На поле битвы при Заме Сципион не только показал способность нейтрализовать каждый замысел Ганнибала, но и обратил собственное оружие последнего против него самого, поразив его насмерть. Перелистаем страницы истории – и мы не найдем другой решающей битвы, где два великих полководца сделали все, что умели и могли.

Сципион почти уникален в том, что как тактик он был таким же совершенным художником, как в стратегии... [В битве при Заме] Сципион достиг того равновесия и сплава умственных, моральных и физических сил, которые выделяют его на страницах истории.

...а также принудить карфагенян, зажатых спереди и сзади, держаться стойко и драться, говоря словами Гомера, так, чтобы даже трусливый был вынужден биться. -(Полибий).

...Ибо бывают моменты, когда Фортуна противодействует планам доблестных мужей, и иногда, как говорит пословица, «храбрый человек встречает другого, еще храбрее», как это и случилось с Ганнибалом. -(Полибий).

Поистине Сципион был настоящим художником в применении тактических «бумерангов»: при Заме, как при Илипе, его предвидение и искусство обратили лучшее оружие противника против него самого.

Обе стороны понимали вес проблем завтрашнего дня: «Карфагеняне сражались за свою безопасность и господство над Африкой, римляне – за мировую империю. Найдется ли человек, который смог бы остаться равнодушным, читая рассказ об этой схватке? Никогда еще не было столь испытанных войск или столь счастливых и искушенных в военном искусстве полководцев, и никогда Фортуна не предлагала сражающимся армиям более великолепный победный приз» (Полибий).

[О встрече Сципиона и Ганнибала Ливий пишет], что здесь встретились «величайшие полководцы не только нашего времени, но и из всех, кого можно найти в истории прежних веков», – вердикт, с которым многие исследователи военной истории склонны будут согласиться и даже раздвинуть рамки истории на две последующие тысячи лет.

...зависть к Сципиону цвела в римском сенате. Поддержка, как всегда, исходила от народа, не от сенатских военных соперников.

Как в войне, так и при оценке характера мы не можем четко выделить моральную, ментальную или физическую сферу. Мы не можем отделить благородство поведения Сципиона в течение всей его карьеры от поразительной ясности его умственного предвидения – они едины, образуя не только великого полководца, но и великого человека.

Преимущество в моральной сфере сказывается в сфере материальной.

Рыцарство, руководимое разумом, есть актив и в войне, и в ее следствии – мире. Разумное рыцарство не нужно путать с донкихотством...