Сказки в стихах

Эта книжка - не про меня. Просто героиню этой книжки зовут Юля. Как и меня. И она капризничает из-за еды. А я в детстве вообще никогда не капизничала из-за еды. Я была послушная, серьезная и росла с какими-то дикими темпами, постоянно ставя маму перед фактом, что рукава куртки мне коротки, форма открывает слишком много ног, а колготки даже порваться не успевают... :) И я всегда знала, что капризничают за едой вредные девочки, которых исправить может только грозный доктор Пугач. А я и без того милая и умная. :) А вот на детях, которые плохо едят, я эти стихи никогда не проверяла... Не было у нас таких капризок. А стихи - чудесные! Я даже не обижалась на Михалкова, что он моим именем назвал какую-то капризулю. Она же воспитанная и в конце всё равно исправилась. Ну разве не прелесть? :)

…мучала меня, когда я читала/мне читали это стихотворение. Так мне хотелось иметь щенка, самого расчудесного, шаловливого. Так и представлялось, как я буду за ним ухаживать, гулять, и как, в свою очередь, мне будут завидовать все ребята нашего двора.

Щенок у меня появился сильно позже, и завидовать мне было некому, потому что жили мы в своём доме, но это чувство, взлелеянной тоской по живому комочку, которая бывает только в детстве, пришло с первыми строками. Забавно еще и то, что иллюстрации в моей детской книжке были те же, сутеевские, вот и накрыло аудио-визуальной ностальгией.

Отдельного издания это коротенькое стихотворение заслуживает лишь благодаря иллюстрациям Сутеева. Смысл мною оценён не был, типичный советский взгляд на воспитание - послушание, послушание, послушание, любопытство - грех, караемый, если опираться на сюжет стиха, смертью.

Единственное, что несколько примиряет меня с содержанием, - основным грехом все же было упрямство, а на него у меня терпения не хватает и в отношении собственных детей. Вот то самое «нееет» после часа объяснений с энциклопедиями.

А Сутеев как Сутеев - понятен, узнаваем, хорош.