По ту сторону добра и зла. Казус Вагнера. Антихрист. Ecce Homo. Человеческое, слишком человеческое

«История христианства есть история постепенной все более грубой неизбежности искажения возвышенного символизма», «абсурдное огрубление всех духовных ценностей и формул». Но яснее и определеннее не сказал бы и сам Ориген! Можно на сотне примеров показать, до чего доходила и к чему приводила эта грубая десимволизация и по существу материализация христианского импульса. Чего стоит одна только интерпретация таинства пресуществления! Проследите судьбу Беренгара Турского, отстаивавшего в XI в. символическое (в духе Оригена и Скота Эриугены) толкование евхаристии. Измученный тюрьмами, он вынужден был по-галилеевски спасать жизнь отречением от лжеучения; в 1059 г. в Риме в присутствии 113 епископов он произнес-таки формулу, которой и спустя девять веков позавидовали бы Бюхнеры и Молешоты: «хлеб-это не просто таинство, но подлинное тело Христово, которое едят зубами». Удивительно ли, что уже ко времени IV Латеранского собора (1215) богословы изнурительно обсуждали вопрос: quid comedit mus?-что пожирает мышь, случись ей стянуть священный хлеб евхаристии?