Кино между адом и раем

Чем бы мы ни занимались — мы хотим получить счастье. И что самое удивительное — оно всегда впереди, кажется, вот оно, рядом. Ухватишь, а оно, как мокрый обмылок в ванной, выскальзывает из рук. Как желанный ночлег в морозную зимнюю ночь. Мерцает и зовет: «Иди ко мне!»
Пробиваясь к счастью, человек может своротить горы. Мечта о счастье объединяет людей для самых беспощадных схваток. Моря крови и пирамиды трупов — все ради счастья.

Самая большая опасность, подстерегающая режиссера, – это потерять контроль над фильмом по ходу работы над ним. И подобное случается гораздо чаще, чем это представляется.

Непредсказуемость – это ум истории

«Драма является самым совершенным отражением человеческого бытия».

Профессия – это и есть умение держать что-то под контролем. Не все, а главное.

Что надо знать актеру? Не много. Какие у него действия? Что ему грозит? Почему он должен делать это именно сейчас?

Событие - это такая часть истории, в которой происходит реально ощутимое изменение жизненной ситуации. ... Через событие характер в конфликте получает то, что он хочет. Но не так, как думает вначале, а как покажет конфликт. Это и создает непредсказуемость события.

Перипетии помогают драме выразить ее потенциал стремления к крайностям борьбы ада и рая. Перипетии не только разнообразят чувства персонажей – они создают эмоциональные крайности. Они бросают характеры от радости к горю, от надежды к отчаянию. И это делает видимым все скрытые возможности характера.

Если есть возможность столкнуть партнеров в сцене лицом к лицу, мы всегда можем развить их отношения как конфликт. И это лучшее из всего, что мы можем сделать в драме.

Вам кажется, что вы такой проницательный зритель, что вы-то о них догадались. Это вы себе льстите. Грамотный рассказ и развитие конфликта ведут вас за руку, как ребенка, по темному лесу истории.
Умение рассказывать истории в картинках - это не что иное, как умение превратить взрослых в доверчивых детей.

Марио Пьюзо, известный американский романист и сценарист, сказал как-то: "Мы, драматурги, подобны регулировщикам уличного движения. Только с одной разницей: мы сумасшедшие регулировщики. В жизни регулировщики обеспечивают безопасность, а в драме мы думаем только о том, чтобы столкнуть встречные машины. Мы создатели катастроф".

Драма все превращает в эмоции. Конфликт - рабочий инструмент этих превращений. А завершает создание формы драматическая перипетия - перепад состояния на противоположное. Впервые это сформулировал Аристотель в "Поэтике". Он угадал, что неожиданный и резкий перепад состояния персонажей на противоположное даст самый эффективный результат.

Искусство - это обмен эмоциями, и форма драмы - упаковка для всемирной сети этого обмена.

Есть мнение, что наибольшей убедительностью пользуются истории из реальной жизни. Вот если все будет как в жизни, тогда история сработает. Вредное и глупое заблуждение. Непонятно только, почему каждый человек не напишет по десятку прекрасных сценариев. Ведь жизнь каждого содержит сотни увлекательных и правдивых историй.

Счастье - это то, к чему мы стремимся с рождения до смерти, сознательно и безотчетно. Чем бы мы ни занимались, мы хотим получить счастье. И что самое удивительное - оно всегда вперед. Кажется, вот оно, рядом. Ухватишь, а оно, как мокрый обмылок в ванной, выскальзывает из рук. Как желанный ночлег в морозную зимнюю ночь. Мерцает и зовет: "Иди ко мне!"

Вспомните Христа. Его воскресение - одна из самых прекрасных драматических легенд, и она завершает Его земное пребывание по законам драматической структуры. Нищий проповедник с кучкой последователей умер в муках вместе с ворами. Но Дух Его вознесся и вечно будет жить в душах миллиардов. Евангелия писали гении, и они заботились об эмоциональном контакте с людьми.