Ты эту поэму написал
...но совершенно нас ею не удовлетворил, - сказала бы я, как Берлиоз Бездомному, Олегу Глушкину, написавшему роман "Саул и Давид".
Историю первых израильских царей он вплетает в сюжет о жизни некоего Маттафии, незаконного сына Саула, о котором никому неизвестно, что он сын Саула, и друга Давида, связанного с ним рядом частных обстоятельств. К композиции претензий нету, вплетено и переплетено годно. Претензия ко всему остальному, и главное - мне самым критическим образом не достало рефлексии. Не то чтобы ее вовсе не было, но уровня: Самуил хотел быть кукловодом Саула, а когда не срослось, помазал Давида; царь хороший - бояре плохие; нет, царь все-таки тоже не того, никто не может оставаться царем без коварства и жестокости. Да еще, наверное, к рефлексии можно отнести нытье разлученных Маттафии и двух его жен - очень однообразное и скучное. Можно предположить (чо нельзя-то), что автор попал в собственную западню: повествование он выбрал вести библейской стилизацией, а библейский стиль, знаете ли, не создан для рефлексии. Библейский стиль - чтобы констатировать: "Вы плохими дорогами ходили перед Господом и потому сдохнете здесь сейчас, как шелудивые псы" или "Бедра ее, как наполненная медом чаша, как можно не любить и не хотеть эту женщину". Какие там еще рассусоливания. Много слов не впихнешь. И таким образом, все повествование, по сути, свелось к простому пересказу историй про Давида и Саула из Библии. Если про выдуманного Маттафию местами было интересно читать, то авторское изложение библейских событий никак не пленило. Помнится, читая Томаса Манна я с жадным любопытством ждала: как-то он изобразит эту вот известную сцену?.. Томас ни разу не подвел. А тут... Короче, в Библии лучше. Да, и короче. Тоже. А кроме того, в Библии существует единая цельная идея, под которую все подвластно - это Бог. Глушкин взял библейских героев, библейский стиль, а Бога исключил. Поэтому получилось та ситуация, когда персонажи верят в Бога, а автор - нет, и хотя он постоянно устами действующих лиц Господа поминает, но веру эту в мотивацию их не включает, и оттого путается в смысловых противоречиях: царь хороший, но царь плохой, царь плохой, но царь хороший... Он смотрит на историю глазами недалекого сотника - "пятерка", конечно, автору за скромность, но вообще неинтересно, что в царских делах понимает обычный солдат (спойлер: ничего он не понимает). Да, Манн тоже написал роман не религиозный, а исторический - но роман Глушкина-то и не исторический также, детализация там лишь чуть побогаче, чем в библейском тексте. Словом, дали уважаемому писателю за работу сию какую-то там местную премию, и я очень за него рада, но я лично ничем не обогатилась, его книжку прочитав.
5 понравилось
