Сожженная красота
В другой истории Марио Рамос повторяет сюжетную схему как в детском анекдоте. Только теперь Волк требует у беззащитных сказочных обитателей леса подтвердить свою неотразимость. Переводчик Ирина Балахонова подыскивает слова, сохраняющие литературную изысканность. Например, Волк «бахвалится», но может и грубо, «нетолерантно» подшутить над «жирными» поросятами. Пока автор хулиганит, как бы деконструируя традиционные сказочные элементы, в русском звучании текст обретает вполне узнаваемые черты сказительства. Тут очень важным кажется сохранение языка, которое перетекает из традиционных образцов в современные, чтобы маленький читатель легче ориентировался в устаревающих формах и понятиях.
В сюжете Рамос еще более безжалостен. Теперь уже самый маленький герой в финале может постоять за себя. Правда, применяет силу неосознанно, только в качестве демонстрации нового навыка. И при этом вполне себе грубо отвечает старшему, пусть и отрицательному персонажу. Снова спорная коллизия об этикете и повод обсудить ситуацию с малышом. Выбор между социальным конформизмом с правом сильного и применением грубой силы в качестве каприза требует обсуждения. Автор не предлагает образцов для подражания, а только рисует комедийную ситуацию. Этакий современный вызов морализаторству Шарля Перро.
В рисунке Рамос пользуется теми же приемами. Только Волк у него без признаков агрессии, а миловиден и самовлюблен с закрытыми или полуприкрытыми глазами, свободными позами. А другие обитатели леса условны, напуганы и совершенно несимпатичны.
14 понравилось
