А традиция - это то, что никому не нужно, но от чего трудно отказаться.

- Что за порядки в этом Городе? - расстраивался Правый Крот. - Этого не убей, того не тронь! Где же наши права?

Над Гай-до кружились белые птицы.
— Никакая ты не птица, — говорила Алина. — Ты толстое яйцо, которое летает по недоразумению. Ты — живое оскорбление всем нам, пернатым. — глава 29

— Некоторые ящерицы отбрасывают хвост. А драконы умеют в минуту опасности отбросить голову. Иногда рыцари устраивают ловушки на драконов, а когда дракон попадет в ловушку и отбросит голову, рыцарь возвращается в свой замок и рассказывает, что он эту голову отрубил. Хотя на самом деле ни одному рыцарю не удалось ещё победить дракона. — глава 26

— Я не теряю надежды, — простонал мудрец, — что это недоразумение разрешится и меня оправдают. В конце концов для казни достаточно и вас, вы как думаете? — глава 25

В шкафу ехал знаменитый и великий Столп невежества. Покровитель беспамятства. Главный вкушец Клоп Небесный.
<…> дверцы шкафа раскрылись и оттуда выглянул Клоп в синей хламиде, расшитой серебряными звёздами.
— Позор! — воскликнул он. Сделал шаг назад, и двери шкафа закрылись вновь. — глава 17 (см. ниже гл. 25)

— Что за порядки в этом Городе? — расстраивался Правый Крот. — Этого не убей, этого не тронь! Где же наши права? — глава 16

… благородный поклон Страны зелёных болот Червяк Самыйтолстый — глава 14

— Ой! Порази тебя гром, разорви тебя кролик! Сожри тебя суслик! — глава 13

Алиса снова задремала. Ей даже начал сниться сон, будто она сидит в гостях и хозяйка протягивает ей большой бокал валерьянки. «Я не люблю валерьянку, — говорит Алиса. — Я голодная». — «Сначала бокал валерьянки, а потом уже гречневую кашу», — отвечает хозяйка. — глава 12 (от волнений, а также, вероятно, ассоциации с Громозекой)

… глаза оставались такими же жестокими и пустыми, <…> словно кто-то пробуравил в их лицах глубокие чёрные дыры. — глава 11

— Наше Повелительство великий Радикулит…
— Да славится имя его! — воскликнул горбун. — 6

— Клоп с Тараканом, — фыркнул Пашка. — Смешно!
— Никто не думает, что это смешно. А кто подумал, уже умер, — сказала Речка. — 6

— Это сам повелитель грома и луны, верховный Клоп Небесный, первый вкушец королевства.
— Ой, — сказал Пашка, — можно понятнее?
— <…> Первый вкушец — это верховный жрец нашей земли. <…> У нас их называют вкушецами. Это приличнее. <…> Потому что жрец жрёт. А наши не жрут, а вкушают. — 6

… ловко перепрыгивая через сучья и пробиваясь между ветвей. Алиса оглянулась: «Днепр» нависал над ними, тёмный, гладкий, как заблудившийся в лесу бегемотище. — глава 5

Гай-до сообщил, что по всем законам физики испортить завтрак в условиях автоматической кухни невозможно и надо иметь к этому особый талант. Пашка признался, что у него такой талант есть. — глава 3

Алиса еле живая отвалилась от стола, глаза слипались. Но Пашка отважно сражался с третьей порцией малинового мороженого. — 1

… сказал механику Зелёному:
— Я очень рассчитываю на ваш пессимизм. Все знают, что вместо вопроса «Как дела?» вы говорите…
— «Что у нас плохого?» — хором ответили за Зелёного Алиса и Пашка. — вступление

Через две недели идти в школу, в седьмой класс, и все вокруг твердят: «Алиса, ты не ребенок, ты подросток, ты должна быть серьезной!»

Раньше она всегда торопила время, ей хотелось скорее вырасти, чтобы прекратилось это бесконечное детство, когда каждый тебя учит, каждый что-нибудь запрещает, каждый дает полезные советы. Вот детство и прошло. Хорошо это или плохо?

Из вышитой бисером сумки, что висела у пояса, жрец достал кисет и курительную трубку. Набил трубку табаком, потом вытащил из сумки кремень и огниво. Раскурил трубку. Горбун стоял молча, глядел на жреца. Потом спросил:

— И какое же наказание положено тобой, Клоп Небесный, за такой грех?

— Медленное поджаривание на костре, — ответил тот, усмехнувшись. — Курение — страшный грех…