Если бы проводился чемпионат Советского Союза по цинизму среди поколений, то наше определенно получило бы «золото».
Те, до нас, — были романтиками. Дети войны, послевоенные ханурики, их родители еще шептались по кухням и боялись завернуть селедку в газету «Правда». Их принимали в пионеры, они сами вступали в комсомол, у них подкатывал комок к горлу, когда они слушали Бернеса и Окуджаву. Они во что-то верили, сомневались, пытались найти правду. Они всерьез думали, что от них что-то зависит. Что они могут что-то изменить.
Поколение после нашего — птенцы Горбачева, хилое племя, выросшее на пепелище империи, — так никогда и не смогло оправиться от вселенского позорища. Да и как — если весь мир знает, что у тебя батя пропойца, а мать — шалава? Душевная травма на всю жизнь.
Наше поколение вскормлено сладким молоком издыхающей волчицы — дряхлой и беззубой империи, немощной, как ее вожди, отправлявшиеся один за другим под Кремлевскую стену. Мы научились врать, глядя в глаза, нам ничего не стоит всадить нож в спину, лучшие из нас делают это, глядя в лицо. Мы не понимаем, что значит предательство, слова «честь» и «совесть» вызывают у нас улыбку, нас не интересуют идеалы — это лирика. Мы оперируем цифрами. Мы называем себя прагматиками. И вы нам верите. Мы раздербанили вашу страну, мы все поделили, втюхали вам дурацкие ваучеры — помните те цветные бумажки? — каждый теперь хозяин! Хозяин! Вы сами все нам отдали. И сегодня мое поколение рулит Россией.
Да, мы — черви. Но сегодня на Руси черви — козыри.
Ваша оценка