Цитаты из книги Имя розы

Повсюду искал я покоя и в одном лишь месте обрел его - в углу, с книгою.

«Книги пишутся не для того, чтоб в них верили, а для того, чтобы их обдумывали. Имея перед собою книгу, каждый должен стараться понять не что она высказывает, а что она хочет высказать».

Ничто так не подбадривает струсившего, как трусость другого человека.

Мне бы, признаться, хотелось повстречать единорога, пробираясь через густой лес. Иначе какое удовольствие пробираться через густой лес?

"А вы, - настаивал я с юношеским упрямством, - разве не совершаете ошибок?" "Сплошь и рядом, - отвечал он. - Однако стараюсь, чтоб их было сразу несколько, иначе становишься рабом одной единственной".

Бойся, Адсон, пророков и тех, кто расположен отдать жизнь за истину. Обычно они вместе со своей отдают жизни многих других. Иногда – ещё до того, как отдать свою. А иногда – вместо того, чтоб отдать свою.

Только мелкие люди кажутся совершенно нормальными.

Мы живем ради книг. Сладчайший из уделов в нашем беспорядочном, выродившемся мире.

В истинной любви важнее всего благо любимого.

"Это не надпись. Это не буквы алфавита. И не греческие — их бы я узнал. Какие-то червяки, змейки, мушиный кал..." "А, по-арабски..."

Дьявол – это не победа плоти. Дьявол – это высокомерие духа. Это верование без улыбки. Это истина, никогда не подвергающаяся сомнению.

"...В любом случае нам сейчас необходимы две вещи: дознаться, как проходят в библиотеку ночью, и раздобыть лампу. О лампе позаботишься ты. Зайдешь на кухню в обед, возьмешь одну". "Украсть?" "Позаимствовать, во славу имени Господня".

Благо книги - в том, чтоб ее читали.

Что такое любовь? На всём свете ни человек, ни дьявол, ни какая-нибудь иная вещь не внушает мне столько подозрений, сколько любовь, ибо она проникает в душу глубже, нежели прочие чувства. Ничто на свете так не занимает, так не сковывает сердце, как любовь. Поэтому, если не иметь в душе оружия, укрощающего любовь, - эта душа беззащитна и нет ей никакого спасения.

чтобы не выглядеть дураком потом, я предпочитаю не выглядеть молодцом сначала.

Должно быть, обязанность всякого, кто любит людей, – учить смеяться над истиной, учить смеяться саму истину, так как единственная твердая истина – что надо освобождаться от нездоровой страсти к истине.

"... значит, мы в таком месте, откуда отступился Господь..." - в отчаянии сказал я. "А ты много видел мест, где Господь чувствовал бы себя уютно?"

Сумасшедшие и дети всегда глаголют истину.

...нередко одни книги говорят о других книгах, а иногда они как будто говорят между собой.