Цитаты из книги 12 стульев

— Дожили, — говорил брандмейстер, — скоро все на жмых перейдем. В девятнадцатом году и то лучше было. Муки в городе на четыре дня. Граждане недоверчиво подкручивали усы, вступали с Полосовым в спор и ссылались на «Старгородскую правду». Доказав Полесову, как дважды два — четыре, что муки в городе сколько угодно и что нечего устраивать панику, граждане бежали домой, брали все наличные деньги и, присоединялись к мучной очереди.

[...] секретарь был уже лысоват, много работал, находился во власти семьи и квартиры, любил полежать после обеда на диване и почитать перед сном «Правду».

Эллочка приобрела у домашнего скорняка Фимочки Собак шиншилловый палантин (русский заяц, умерщвленный в Тульской губернии), [...]

Молодожены и советские середняки — главные покупатели пружинных матрацев. Они везут их стоймя и обнимают обеими руками. Да как им не обнимать голубую, в лоснящихся цветочках, основу своего счастья!

Мяса было совсем мало, но сердца их были согреты именами гениев.

Очень удобно для свиданий! – сказал Остап. – Всегда есть десять минут форы.

Молодая была уже не молода.

Клопы умирали, но не сдавались.

Кто в Советской России не подвергается опасности, тем более человек в таком положении, как Воробьянинов? Усы, Елена Станиславовна, даром не сбривают.

Наших невест, – возразил дворник, – давно на том свете с фонарями ищут. У нас тут государственная богадельня: старухи живут на полном пенсионе.

Почём опиум для народа?

У всех на глазах погибала весна. 

"Остапа понесло."

"Заседание продолжается!  Лед тронулся, господа присяжные заседатели!"

"...мы чужие на этом празднике жизни"

ед тронулся, господа присяжные заседатели, лед тронулся!

Три месяца я кормлю его, пою и воспитываю, и этот альфонс становится теперь в третью позицию и заявляет, что он…

Дышите глубже! Вы взволнованы!

А ваш дворник большой пошляк. Разве можно так напиваться на рубль?