Цитаты из книги Clair de femme

Когда вы ищете глубины, а находите одни пропасти.

Недостаточно быть нечастными порознь, чтобы стать счастливыми вдвоем.

Казалось, черты её лишь в обрамлении седых волос приобрели наконец некую завершенность, годы подчеркнули и оттенили то, что молодость и природное изящество только робко наметили.

– Психология щедра на всякого рода предположения. Набор вариантов неисчерпаем. К тому же разрешается жульничать. В этой игре можно подбрасывать фишки из рукава, прятать, подменять. Допускаются любые приемы, только вот ставим мы всегда против себя. При неограниченном количестве фишек и таком же количестве комбинаций в выигрыше всегда только один игрок – чувство вины. И все же – кто бы мы были без психологии? Звери?

Но эта слабость, уязвимость, страх перед мимолетностью жизни – не что иное, как сила души. Вы не могли не заметить, что слово “душа” вышло у нас из употребления. Мы предпочитаем не приближаться к столь высоким материям: это задает масштаб.

У меня не было ни малейшего шанса выкарабкаться самому по очень простой причине: я слишком сильно любил, чтобы сохранить способность жить, довольствуясь самим собой.

А ведь говорят, все проходит, ломается, надоедает… – Да, у тех, кто только и может, что прийти, испортить и бросить…

Я попросту хочу сказать, что те пути, которые преодолевала каждая пара с начала мира, могут составить самую старую, самую исхоженную дорогу на земле. Я говорю о счастливом отсутствии всякой оригинальности, потому что счастью нет нужды выдумывать что-либо. Ничто из того, что нас объединяло, не принадлежало только нам, это не было что-то необычное, единственное в своем роде, редкое или исключительное; было постоянство, нечто непреходящее, был наш союз, старше любой памяти человеческой.

- Разве вы не знаете, что несчастья других порой приносят утешение?
- Бывает, но я не думаю, чтобы вам это сильно пригодилось.

Развеселить её мне не удалось. Взгляд мой выпрашивал подаяние, и она не могла этого не почувствовать.

Я знал стольких женщин в своей жизни, что, можно сказать, всегда был один. Слишком много – все равно что никого. 

Пудель смотрел на него с мучительным беспокойством: не так-то просто понять человека. 

...реке незачем объяснять роднику, откуда она берёт начало, а сердце не рассказывает крови, чем оно живёт.

Признайте также, что не все цепи биологические, есть ещё те, которые куём мы сами, и, значит, мы можем их разорвать.

И в какой момент мы более всего безжалостны? Не тогда ли, когда следуем своим принципам?

Вы пришли, но меня сковала... невозможность. Я получила, что называется, хорошее воспитание: то, что окружает нас стенами приличия. Нужен настоящий сдвиг, чтобы проломить их.

невозможно все время быть счастливым.

Психология щедра на всякого рода вероятности.