Цитаты из книги Вундервафля

- Это мы еще поглядим, чего там не будет, - сказал капитан. - У вас там опять англичанка гадит, делать ей больше нечего, заразе. Может, там тебя не будет, для начала. Возьмем да не выпустим. Ты ценный парень, нам такие умные самим нужны.

• Может, я сам не уеду, - парировал Саша. - Мне в России нравится, тут люди душевные.
• Вот ты вражина! - восхитился капитан. Ладно, ладно, мы еще посмотрим на твое поведение. А то и выгоним тебя взашей, немецко-фашистскую морду!

Выходило, по Ульянову, очень похоже на Сашины выкладки, только через порядочную кровавую баню, которая вполне компенсировала отсутствие Гитлера: миллионы бы полегли во имя социализма. Из этой лекции Саша сделал вывод, что плохо знает реалии последних лет царствования Миротворца и что Ульянов таки да, фашист изрядный и склонен к пропаганде массовых расстрелов.

Опальный философ и экономист Ульянов, отторгнуты научным сообществом за вредный характер и склонность к пропаганде массовых расстрелов для спасения России, оказался частично парализован, но говорить мог.

Запуганный мальчишка в Тяпе устал пугаться и прилег отдохнуть, на его место вылез парень с Сивцева Вражка, природный москвич, который, если надо, в воде не тонет, по медным трубам — плывет, а в огонь его бросать ты сам поостережешься. Как многие дикие животные, в минуту опасности москвичи умеют притворяться мертвыми, но куда лучше и эффективнее у них выходит притворяться вот этим самым. Падальщики такое не клюют.

Муж, отец, до этого надо дорасти.

Литература, друг ситный, — великая сила. Особенно русская. Особенно если ей разрешить.

— Некорректное сравнение. Социализм не религия, — сказал Саша. — Разве? — Капитан ехидно прищурился, ну прямо Ульянов.

... на что русские способны, если втемяшат себе в голову, будто у них есть шанс осчастливить человечество?

... где война, там всегда неразбериха, и обязательно что-то пойдет наперекосяк.

В России всем по фигу. Что отдельный человек, что целая область, в которой работали люди… Это можно разворовать, уничтожить…

Исключительно свет истины в каждый дом. Не умеешь – научим, не хочешь – заставим. Нам нельзя, понимаешь ли, быть миссионерами. Мы как идеей загоримся – ни своих, ни чужих не жалеем.

Двадцать с небольшим лет, воздушные асы, орденоносцы, молоко на губах не обсохло, ничего полезного не умеют делать вообще, даже играть на баяне, только насобачились ловко водить «У-2» и метко бомбить «по сапогу». Свободное время посвящают разработке изощренных способов ловли и умерщвления ворон с целью подрыва авторитета начальника Особого отдела. Водку пьют через силу и вряд ли девок целовали — потому что некогда было

– Все одинаковые. И я одинаковый. Почему и склоки постоянно. Глядишь в человека как в зеркало – сразу плюнуть хочется в эту мерзкую рожу.

Почему семьи ценят патриархов: «дедушка старый, ему все равно», он знает, когда прикинуться бессердечным, чтобы молодым не пришлось тащить эту ношу.

Дик просто молчит — собранно и деловито, если только можно «деловито молчать».

Проклятье, какой же я старый, если помню столько интересного!

— Вспоминается мне реклама времен Второй мировой, — произносит Манга вкрадчиво. — Американская реклама военного займа. Там у них был солдат без ноги — и написано: «Японцы не такие косые, как мы думали»…

... я гуманитарный технолог, обязан в женщинах понимать. А я не понимаю! Не въезжаю, чего им надо. Чего им надо вообще. Редкая ясность в частных вопросах: дай денег, хочу ребенка, купи шмотку, пора на курорт. А вот глобально — тьма и ад кромешный. Может, они не люди?!