Тасья задумчиво крутила в пальцах монетку. Она спокойно восприняла тот факт, что шериф — игрок и связанного с ним особенного задания не будет, но спокойствие все не приходило. Она раздраженно кинула монетку в угол комнаты. Где-то там раздался звон и неожиданный предсмертный вопль.
— Что это? — Эльф настороженно повел ухом.
— Сама не знаю. Ой! У меня в системном логе получение опыта от убийства Огромного Одичавшего Хомяка… — Тасья удивленно рассматривала странную строчку в логе. — Но я же никого не убивала, монетку только кинула… Ой, мамочки! Я убила его хомяка!
— Эбер, у нас проблемы!
Из кухни вышел грустный гном.
— Разве что-то может быть хуже огромного богатства в руках того, кто его не ценит? — философски прошептал гном, утирая скупую мужскую слезу.
— Тасья убила пета шерифа.
— Что за пет? — деловито спросил Эбер.
— Огромный хомяк какой-то, в базе про него ничего нет. Ни в петах, ни в мобах. Уникальный, наверное, — спокойно рассказывал эльф: он уже устал удивляться.
— Да, у такого человека просто обязан быть огромный хомяк. — Гном все еще пребывал настроенным на свою философскую волну.
— Так что делать-то будем? Признаваться?
— Ну да, пет все равно воскреснет через двенадцать часов. Ты девушка, он тебе ничего не сделает. — Эльф привстал с места, чтобы рассмотреть то, что было в углу.
— А ты несовершеннолетний, он тебе тоже ничего не сделает! А вдруг он меня посадит под замок? — вскинулась Тасья.
— Давай скажем, что это Эбер — на старика-то всяко стыдно руку поднимать.
— Ой, ну вы как маленькие дети! Скажем, что все виноваты, — отмахнулся гном.
В этот момент в зал вошел шериф с могильными крестами на плече.
— Это она сделала! — ткнул пальцем гном в сторону девушки.