Александр I. Самодержавный республиканец

Без сомнения, Александр I - самый непостижимый из российских монархов: великодушный и деспотичный, робкий и отважный, до конца жизни считавший себя республиканцем, но решительно пресекавший любые попытки посягнуть на его власть. "В любви его роптала злоба, / А в злобе теплилась любовь", - написал о нем П. А. Вяземский. Он не хотел, подобно Наполеону, чтобы перед ним трепетали, а желал, чтобы его любили. После победы над Францией союзники забирали у нее порты, крепости, корабли, пушки - русский и...

Жанры

Рейтинг LiveLib

4,2

28 оценок

5
36%
4
50%
3
11%
2
4%
1
0%

Ваша оценка

Прочитали 30Хотят прочитать 54

Рецензии

outsight
25 декабря 2015
Вначале я читал с недоверием. Тут виной и завлекательный, ненаучный какой-то тон - Хочешь, малыш, я расскажу тебе сказку? И желтые заголовки: Загадки эпохи, Загадки воспитания, Загадки управления империей и далее одни сплошные загадки. Все нормально: Ляшенко - историк, профессор, а загадки действительно есть. Их две главных: первая - что за человек был Александр? вторая - почему же он так облажался? Это иначе не назовешь. Чтобы идти в ногу со временем (хотя никто особенно не просил), развернул большие реформы, потом свернул реформы и развернул аракчеевщину. Итог - декабристы, почти революция. Хотя в начале-то все было тихо, и роза без шипов - конструктивная и некровавая революция, - которую Александр на протяжении жизни пытался растить, никому, кроме него самого, нужна не была. Можно было повременить еще лет пятьдесят. А пока что удобрить грунт, достать семена где-нибудь.
Эти две загадки - личности и правления - Ляшенко успешно разгадывает. Главной чертой Александра было, как мы узнаем, желание нравиться. Это делает его мутным. Сначала думаешь, что виноват биограф, что он не умеет. Вспоминаешь даже по-доброму одноименный роман Мережковского , у которого император хоть и выдуманный, но цельный (очень необъективный писатель). Потом появляются Сперанский, пес-нянька Аракчеев (чем больше узнаю про этого человека, тем более он мне симпатичен) - и становится ясно, что проблема не с автором, а с персонажем.
Нельзя путать желание нравиться с лицемерием. В лицемерии есть умысел, а здесь вполне искренняя подмена личного мнения общественным: в психологическом - не политическом смысле. Такие люди загадочны. Их оценивают противоречиво. Ляшенко цитирует стихи Вяземского:

И презирал он человека,
И человечество любил.
Хорошо, кажется, схвачено. Понятно, почему Александр был левым. Такие нравятся. До сих пор левые упрекают правых в том, что они плохие, а правые левых - в том, что те дураки. В каждой эпохе есть и плохие дураки - путники особого пути, но не о них сейчас речь. Император говорил много хороших слов, но хорошим человеком не был. Ляшенко не приводит таких фактов. Не припоминаю такого и у других авторов. В этом - весь секрет личности.
Как монарх Александр Павлович был ничего. Он победил Наполеона, установил мир в Европе, да и для России сделал немало. Никто не назовет его антигероем престола. Его правление - одно из лучших в нашей истории. Но он провалил свою главную миссию: не дал людям свободы, хотя и обещал. Считается многими, что свободолюбцем он был только в начале правления - при Сперанском, до Аракчеева. Это не так. О конституции он говорил вплоть до 1824-го года - хотя с возрастом все реже и реже. Провал реформ, похоже, связан с возрастными изменениями. На его правлении они отразились как ни на каком другом.
В двадцать лет каждый пытается переделать мир, а с годами понимает, что переделать надо хотя бы себя. Это известный дрейф: из публичной сферы - в личную, духовную. Так и Александр - разменяв третий десяток - погрузился в религию с головой, стал искать спасения там. Это нормально, наверное, - только если ты не реальный политик. Особенно нехорошо поступать так, если ты - единственный реальный - ведь абсолютизм никто не успел отменить. Можно было бы оставить престол, но Александр до самой смерти любил быть звездой. Хорошо, что подвернулся такой Аракчеев, за которым как за каменной стеной. И Россия не погибла, и даже напротив.
Такова - если кратко - историческая позиция биографа, которую он не озвучивает в лоб и к которой даже не подталкивает, а мягко подводит. Вполне убедительно. Да и книга написана интересно, есть материал.

Судьбамъ Вышнаго угодно было прекратить жизнь любезного Родителя НАШЕГО Государя Императора ПАВЛА ПЕТРОВИЧА, скончавшагося скоропостижно апоплексическимъ ударомъ въ ночь съ 11 го на 12 е число сего месяца.
Это из манифеста о вступления на престол. Сразу встает перед глазами сцена из кино "Даун Хаус" - где батюшка Семена Рогожина преставился от черепного удара. К разговору о коррупции в александровской России Ляшенко приводит интересный факт: некий губернатор рассчитал сыновьям наследство в (!) пудах ассигнаций. Лень было считать. И в те годы для преодоления коррупции предлагали не просто кого-то там посадить, а сломать весь строй - конституция, мол, нам поможет. Но мы имеем ее - конституцию - уже больше ста лет, и строй уже ломали не раз, а проблема осталась. Кажется, она не в структуре, а в ее наполнении - русском народе. Мы не столько к государственным деньгам, сколько к государству относимся особенно: оно значит для нас и больше, и меньше чем для западного европейца. А еще мы, кажется, не понимаем закон. То есть мы понимаем, в принципе, что это такое, но знаем при этом: даже если по бумагам что-то совсем нельзя, то все равно немного можно.
Читать далее
11 понравилось
2
1,1K
Unstoppable
15 ноября 2020
Говорят, что автор этой книги историк. Тем удивительнее, что на первой же странице оказалась ошибка. Александр Первый назван "порфирородным младенцем".
Порфирородным в семье Павла Первого был только Михаил Павлович. Остальные дети родились в бытность отца наследником. Никак не ожидала от серьёзного автора такого. Вероятно, Ляшенко ориентировался на оду Державина. Но что простительно поэту, простительно ли историку?
Но дальше было веселее.
Почему, на каком основании автор считает, что стихотворение Петра Вяземского "Сфинкс, не разгаданный до гроба" посвящено Александру?
В моём томике стихов Вяземского, в примечании сказано, что вероятно стихи о Вольтере.
Автор же уверен, что речь об императоре и исходя из этой своей теории начинает рассуждать о том, прав ли был князь в своем стихотворении.
После этого желание читать книгу далее- меня покинуло.
Усугублял антипатию к изданию раздел примечаний. Странно, когда цитату Виже-Лебрен берут не из её собственных мемуаров, а из книги другого автора. Может получиться "сломанный телефон".
Да и вообще, когда источником цитаты служит биография, написанная другим современным автором это неубедительно. Откуда тот, другой автор взял эту цитату? Мемуары, воспоминания, дневник?? Откуда?
А у некоторых цитат и вовсе не указан источник. Вероятно, автор сам слышал прямую речь Павла Первого.
Может быть, я придираюсь, но предпочту читать исторические биографии других авторов. Более ответственно относящихся к своему труду.
Читать далее
7 понравилось
1
475
Erich17
3 апреля 2020
Гениальный творец
После книги Анри Труайя это книга как глоток воздуха, необычный способ повествование который впрочем не портит картины а наоборот помогает составить её более целостно. Книга при небольшом объеме собрала в себе все аспекты жизни императора Александра I не пропустив нечего важного. К сожалению данная работа вышла только в Малой серии а в большой нам приходиться довольствоваться халтурой Архангельского и бестактной работой Труайя
3 понравилось
0
339