Неунывающий Теодор

О, Время! Мечта ведет под руку Действие. Ну, так действуй, Федор Васильевич. Действуй, Каржавин – Лами – Бах, исполненный русским неунывающим духом. Юрий Давыдов - об исторических событиях ярких, великих, которые переломили мир. Когда вырос Новый Свет, заставивший Старый свет от прищура и снисхождения перейти к позиции округлых глаз. Глаза лопались от удивления, и снобизм английской империи терпел крах. События относятся к американской революции бунтующих штатов, а также времени провозглашения Соединенных Штатов Америки. Главное действующее лицо книги - Федор Каржавин. Торговый дом «Родриго Горталес» на Вьей дю Тампль был учреден для тайной поддержки американских мятежников. Генеральный директор, или президент торгового дома господин Дюран, он же господин Пьер Огюстен Бомарше, автор «Севильского цирюльника». Они будут снабжать американцев всем необходимым – одеждой, порохом, мушкетами, пушками и даже золотом для оплаты войск, всем, что было нужно в благородной войне. Но ведь эта фирма только прикрытие. Людовик XVI вложил в дело миллионы ливров, граф Верженн, ведающий внешними сношениями, благословил дело. Куда же делось братство королей? О, в политике не рассчитывают на благородство партнера. Даже партнера-союзника. А Франция и Англия жестоко соперничали. И на суше и на море. Умаление Англии было праздником; потеря Англией заокеанских владений – вдвойне праздник. И началась скрытая война. И Людовик и Верненн при малейшей «неувязке» отреклись бы от Бомарше-Дюрана, столь же отважного, сколь и авантюрного, умного и остроумного, блестящего и гибкого; и – самое главное сейчас – убежденного поборника американской революции. Что же касается Каржавина-Лами или Неунывающего Теодора ( кстати, он сам так себя окрестил, подчеркнув, что безунывность есть коренное свойство русского духа) – он наконец-то он получил возможность делать, что должно! Итак, мсье Лами отправляется за океан, сначала в Вест-Индию, на Мартинику, а потом – к берегам Нового Света, поистине нового. Жизнь российского просветителя, путешественника, литератора и участника американской революции Федора Каржавина переплетается в книге с деятельностью таких великих исторических личностей, как Теофраст Ренадо, основоположник французской журналистики; Франсуа Блондель, инженер, дипломат, бригадный генерал; Лоран Англивьель де Лабомель, французский публицист. Каржавин познакомился сразу же с двумя будущими президентами Соединенных Штатов. Оба были яркими личностями. А яркость свойственна не каждому президенту. Томас Джефферсон – библиофил, читающий по-французски и итальянски, и меломан, играющий на скрипке. Он крепок физически, ежедневно обливается холодной водой и прогуливается верхом. Он уже пребывал в истории, она написал «Декларацию независимости». Другой будущий президент Джеймс Мэдисон. Знаток латыни и греческого, изощренный правовед. Мэдисону предстояла долгая политическая карьера, он был мастером компромиссов, зигзагов; изменял вчерашним друзьям и заключал сделки с вчерашними недугами. Но в годину войны с британским деспотизмом он занимал должность члена Исполнительного совета Виргинии и полковника виргинской милиции, был сподвижником Джефферсона. Джефферсон и заагентурил Каржавина, нашего Неунывающего Теодора. Давнее поручение Бомарше, вчерашнее предложение Джефферсона, разжимаясь, подобно пружинам, подвигли Каржавина на риск странствия с юга на север, по восточным землям Нового Света, прилегающим к Атлантике. Но была и третья пружина. Она не зависела ни от Бомарше, ни от Джефферсона. А если и была поручением, то заданным самому себе. Очевидец – это ты и время. Ты во времени – это судьба. Первое предполагает созерцательность; в натуре Каржавина он почти отсутствовала. Второе предполагает энергию действия в единстве с энергией мысли; то единство было натурой Каржавина. Он оставался интендантом революции. Не раздобрел он в Америке, не нажил ни палат каменных, ни кубышки. Он замыслил трактат о революции в Америке. Не столько о причинах ее, сколько о том, как бунт перерастает в мятеж, мятеж – в переворот, а в заключение рассмотреть последствия. Книга очень интересная, познавательная, написанная ярким литературным языком. Честно-честно-честно – очень понравилась. Интригующая история. Вольтер советовал: пускайте стрелы, но не показывайте руки.