Двенадцать стульев. Полная версия

Попрошу вас, гражданка, очистить стул.

Вам предводитель, пора уже лечиться электричеством.

— Мне наплевать на вас!
— Как наплевать?
— Слюнями!

В голове, как ребенок во чреве матери, мягко шевелился свежий армянский анекдот.

"Когда женщина стареет, с ней могут произойти многие неприятности - могут выпасть зубы, поседеть и поредеть волосы, развиться одышка, может нагрянуть тучность, может одолеть крайняя худоба, но голос у неё не измениться. Он останется таким же, каким был у неё гимназисткой, невестой или любовницей молодого повесы."

В каждом благоустроенном театре есть два окошечка. В окошечко кассы обращаются только влюбленные и богатые наследники. Остальные граждане (их, как можете заметить, подавляющее большинство) обращаются непосредственно в окошечко администратора.

"Завхоз 2-го дома Старсобеса был застенчивый ворюга. Всё существо его протестовало против краж, но не красть он не мог. Он крал, и ему было стыдно."

Его рост доходил до ста восьмидесяти пяти сантиметров, и с такой высоты ему легко и удобно было относиться к теще с некоторым пренебрежением.

"Теперь вся сила в гемоглобине".

- Ты кому продал стул? - спросил Остап позванивающим шепотом.
Здесь Паша Эмильевич, обладавший сверхъестественным чутьем, понял, что сейчас его будут бить, может быть, даже ногами.

Знаете ли вы, что такое шахматы? Они двигают вперёд не только культуру, но и экономику!

В нудной очереди, стоящей у магазина, всегда есть один человек словоохотливость которого тем больше, чем дальше он стоит от магазинных дверей.

Умирает старый еврей. Тут жена стоит, дети. А Моня здесь? - еврей спрашивает еле-еле. Здесь. - А тётя Брана пришла? - Пришла. - А где бабушка? Я её не вижу. - Вот она стоит. - А Исак? - Исак тут. А дети? - Вот все дети. - Кто же в лавке остался?!

Если вы уже не можете не переживать, то переживайте молча.

Мусик! Готов гусик?!

- Теперь вся сила в гемоглобине.

Любовь сушит человека...

Как много жизни, полной пыла, страстей и мыслей, глядит на нас со статистических таблиц.