Затерянный мир

Такой огромной головы мне в жизни не приходилось видеть. Если б я осмелился примерить его цилиндр, то, наверно, ушёл бы в него по самые плечи. Лицо и борода профессора невольно вызывали в уме представление об ассирийских быках.

В кресле у камина сидел какой-то высокий, худой человек. Он повернулся ко мне лицом в ту минуту, когда я пододвинул своё кресло ближе к огню. О такой встрече я мог только мечтать! Это был сотрудник журнала «Природа» — тощий, как мумия, Тарп Генри, добрейшее существо в мире.

Нашим настоящим властелином был, разумеется, Бомонт, но он обычно обитал в разреженной атмосфере олимпийских высот, откуда взору его открывались только такие события, как международные кризисы или крах кабинета министров. Иногда мы видели, как он величественно шествует в своё святилище, устремив взгляд в пространство и витая мысленно где-нибудь на Балканах или в Персидском заливе.

Пусть эти чудовища рвут друг друга на куски, такова борьба за существование, но чтобы они нападали на современного человека, охотились за владыкой мира — с этой страшной мыслью я не мог примириться.

"...во всякой опасности есть своего рода спортивный интерес- интерес жестокой игры человека с судьбой, где ставкой служит жизнь."

Все великие новаторы знали, что такое недоверие толпы. Недоверие - это клеймо дураков! Когда к вашим ногам кладут великие открытия, у вас не хватает чутья, не хватает воображения, чтобы осмыслить их. Вы способны только поливать грязью людей, которые рисковали жизнью, завоевывая новые просторы науки. Вы поносите пророков!

Ни одна любящая мать не опускала с такой нежностью своего первенца на пуховую перинку, как мы опустились на дно Атлантического океана.

Так уж положено милостивой природой: человек не может думать о двух вещах сразу, и там, где говорит научная любознательность, соображениям личного порядка места не остается.

Ум, воля, душа — чем больше узнаешь жизнь, тем яснее видишь, как часто одно не соответствует другому!

Если возникает чувство, ему должна сопутствовать скромность, настороженность - наследие тех суровых времен, когда любовь и жестокость часто шли рука об руку. Не дерзкий взгляд, а уклончивый, не бойкие ответы, а срывающийся голос, опущенная долу головка - вот истинные приметы страсти.

Такое чудовище могло возникнуть только в видениях курильщика опиума или в бреду горячечного больного

В наш век невежества ничему не удивляешься

Их визг не более оскорбителен, чем хрюканье английского борова

Что ж, действуйте. У вас есть ты этого все - молодость , здоровье , силы , образование , энергия.

Я ещё покажу миру, на что я способен

Человек должен сам творить свою славу

Чем больше узнаёшь жизнь, тем яснее видишь, как часто одно не соответствует другому

Неведомое окружает нас со всех сторон.