В этом романе четко выраженные составляющие китайской парадигмы: культ предков/возраста, роль сына/мужа в семействе/государстве, взаимоотношения между старшим и младшим, культ учености/образованности. Также заметны и даосские элементы: линия садовых деревьев и духовное очищение человека посредством энергетического взаимообмена с природой пронизывает сюжет на протяжении всего повествования, успокаивает, придает сил и терпения в нелегких жизненных коллизиях.
Собственно весь сюжет завязывается вокруг распоясавшейся невестки второго сына, забывшей свою "скромную" роль, полученную в наследство от китайской культуры. Старший сын главного героя погибает на войне, а его жена, не смогшая родить ему детей, автоматически выбывает из семейной иерархии и ее взаимоотношений. Малообразованная, нахрапистая, просчитывающаяся все до мелочей невестка второго сына, родившая своему мужу мальчика, а значит, получившая моральную регалию и статус старшей среди женской половины семейства, берет бразды правления в свои руки. Когда-то в молодости, вымечтав себе высокое положение в обществе и безбедное существование с мужем военной профессии, в возрасте "баба-ягодка-опять" вдруг осознает, что ее замужество не принесло ожидаемого навара, а сам муж настолько морально слаб, ограничен и ленив, что он не в состоянии ни удовлетворить ее пробудившуюся жажду наживы и сексуальные желания, ни в состоянии приструнить ее ни физически, ни морально. Распоясавшаяся невестка заводит любовника и, влекомая буржуазными иллюзиями, уходит из семьи. Разумеется подобное поведение в китайской литературе карается жестко и безапелляционно, но в данном случае китайская парадигма обернута морально-нравоучительными социалистическими догмами, которые нацелены преобразить общественные отношения до идеальных, если на зло отвечать добром, если использовать гуманный подход к заблудшей - а в данном случае сознательно сделавшей свой выбор - овце. Это очень сильно подпортило впечатление от романа, поскольку ближе к его завершению начинается абсурд: средняя невестка, на которую данная особа писала оскорбительные анонимки по месту работы да и вообще ни в грош не ставила, всем сердцем и душой переживает из-за ухода самовлюбленной эгоистки из дома, где настолько тесно, что люди чуть ли не в чулане впятером живут, и остро чувствует повсеместную печаль ее отсутствия. Муж средней невестки, которого данная особа-деспот всячески оскорбляла, да и вообще перешла допустимую грань семейных канонов в аспекте взаимоотношений, что с ее стороны выглядело кощунственно и непростительно, ведомый социдеализмом, всячески препятствует ее потенциальному, но закономерному увольнению с работы, что в социалистической стране сравнимо с позором и голодной смертью. Он искренне верит в то, что эта моральная разложенка наделена еще и многочисленными достоинствами помимо, и ее (бабе под полтинник!) можно перевоспитать, переубедить и вернуть на путь истинный, сохранив общую семью. Социдеализм ближе к концу романа достигает своего апогея, когда растоптанного и униженного мужа мерзавки, ставшего после смерти отца старшим в семье, уговаривают согласиться на ее возвращение после измены и всплывших параллельно финансовых махинациях в командировке, что уже выглядит просто социалистическим маразмом. Возможно, с точки зрения автора такой подход к сохранению семьи, а значит, и оздоровлению морального облика человека в обществе приемлем и куда лучше тотального разрушения треснувшей чашки и наказания отщепенцев, пораженных буржуазным вирусом, но это сомнительно и нереально (с моей точки зрения) даже в конфуцианской парадигме, не говоря уже о нас.
37 понравилось
