Gonzalo Torrente Ballester -- известный испанский автор, обладатель премии Критики, Планета, Сервантеса и Национальной премии по литературе. На русский язык переведена книга "Дон Хуан". Знакомство с творчеством писателя я начала с книги "Las islas extraordinarias", потому что питаю слабость к повествованиям о диктаторах. Но в расчеты автора не входило создавать пространное исследование на эту тему, и получилась небольшая сатира с детективным уклоном о том, что в одном крохотном государстве жил-был Диктатор...
Su Excelencia no gobierna; se limita a mandar.
Его Превосходительство не управляет страной, он всего лишь командует.
Начинается книга с того, что некий частный детектив приглашен в соседнее государство для того, чтобы раскрыть заговор против президента страны. В ходе расследования читатель знакомится с подробностями жизни граждан страны. Во всех публичных местах, на улицах, даже на фонарных столбах вас встречает один и тот же портрет. В этой стране не бастуют, полицейским нет необходимости ловить наркодилеров, потому что наркотики разрешены, рабочие живут счастливой законопослушной жизнью. Государство зарабатывает тем, что содержит лучших инженеров мира, те создают новейшие модели боевых кораблей, которые затем продают другим странам. Другой источник дохода -- таможня. Здесь можно провозить все, только плати, поэтому порт и аэропорт этой страны -- мировые лидеры по перевозке грузов. Три острова, на которых расположено государство, поделены между президентом, его супругой и их сыном. Роман это притча о разделении власти при диктатурах, об абсолютной власти, охватывающей все сферы жизни общества: военные структуры, производство, культурную жизнь, даже сексуальную. Кроме этого автор мастерски показывает, что при наличии "хлеба и зрелищ" так называемый угнетаемый народ совсем даже и не хочет быть освобожденным. Дискурс идеолога диктатуры доктора Мартина великолепен:
Hay gente que ha nacido para mandar, muy poca, y gente destinada a obedecer, los más. En el seno de estos últimos es donde se engendran las rebeldías, pero un Estado inteligente lo previene disimulando la explotación. Es lo que se ha dado en llamar justicia social, que consiste en que el trabajador contento de cómo está, se olvide de dónde está. Los trabajadores sienten siempre las mismas apetencias: pues hay que satisfacérselas. Antes aspiraban a una bicicleta; ahora, a un coche. Pues que lo tengan y se diviertan con él. Mantenerlos en un nivel de vida confortable no sólo contribuye a su contento, sino a su productividad: es económico aumentar su capacidad adquisitiva, que nos garantiza el consumo de los excedentes industriales.
...Dijo que la gente no necesitaba pensar, dijo que era peligroso que la gente pensase por su cuenta, dijo que había que darle a la gente un pensamiento satisfactorio, dijo que principalmente convenía que la gente creyera que pensaba por sí misma. Había dos diarios en las Islas. Opuestos en su expresión, aunque partiesen de los mismos principios y llegasen a las mismas conclusiones. La gente seguía al uno y al otro, y así creía elegir libremente su modo de pensar.
Люди делятся на тех, что рождены командовать, их очень мало, и на тех, чье предназначение повиноваться, все остальные. Именно в среде последних созревают бунты, но умное государство знает, как их избежать, -- скрывая эксплуатацию. Так называемая социальная справедливость состоит в том, что рабочий, довольный своим состоянием, не задумывается об изнанке этого самого состояния. У рабочих всегда одни и те же желания, так надо удовлетворить их. Раньше они мечтали о велосипеде, теперь об автомобиле. Так пусть он у них будет, дадим им это развлечение. Комфортная жизнь рабочего сделает его счастливым, а также повысит его продуктивность: повышение его покупательной способности гарантирует нам потребление промышленных излишков.
...Людям не нужно думать; это опасно, когда люди думают; людям нужно дать те мысли, которые их удовлетворят; и самое главное добиться того, чтобы люди верили, что эти мысли -- их собственные. На островах выходили две газеты. Они основывались на одинаковых принципах и приводили к одинаковым выводам, но по изложению материалов были оппонентами. Люди были свободны в выборе газеты, и таким образом они верили, что свободны в своих мыслях.
Роман прост и сложен одновременно. Прост по своей композиции, повествование линейное, рассказ ведется от первого лица, того самого частного детектива. А сложность состоит в том, что автору удалось выстроить антиутопию, максимально приближённую к нашей действительности. Дивный мир Хаксли, к примеру, воспринимается как полнейшая фантастика, а в книге Бальестера прослеживаются связи с нашим временем, что и заставляет задуматься. Автор создает роскошно выписанных персонажей, они обладают индивидуальностью, а их рассуждения подтолкнут читателя к размышлениям о разновидностях власти, о потайных инструментах, которыми пользуются также демократические, на первый взгляд, государства. А еще обращаешь внимание на чувство меры писателя. Детективная ли составляющая, анализ, ирония, юмор, размышления о сексе -- все в нужных пропорциях.
Ну а как же заговор? Раскрыт, и до последнего момента вы не догадаетесь, кто же убийца.
Не могу не отметить обложку. На ней изображен фрагмент мурали Диего Риверы "Ужин капиталиста". Очень удачное оформление.
10 понравилось
