Состязание в Лиссе

Этот рассказ был первым наброском романа Грина "Блистающий мир", начатого в том же двадцать первом году» («Звезда» № 4, 1939).

...

В. П. Калицкая, первая жена Грина, в воспоминаниях пишет:

«В апреле 1910 года в газетах появилось объявление, в котором Всероссийский Авиационный Комитет извещал население о том, что на Коломяжском ипподроме с 25 апреля по 2 мая состоится "Авиационная неделя". Летное дело у нас только зарождалось, и все мы, за небольшим исключением, впервые видели монопланы и бипланы, реющие в воздухе.

...Совсем иначе воспринял полеты Александр Степанович. Всю неделю авиации он был мрачен и много пропадал из дому. Когда я с восхищением заговорила о полетах, он сердито ответил, что все эти восторги нелепы; летательные аппараты тяжеловесны и безобразны, а летчики – те же шоферы. Я возразила, что авиатор должен быть отважным, а мужества нельзя не ценить. Грин ответил, что и шофер, развивая большую скорость в людном городе, тоже немало рискует. Потом он написал рассказ "Состязание в Лиссе". В этом рассказе человек, одаренный сверхъестественной способностью летать без всяких приспособлений, вступает в состязание с авиатором, появляется перед ним в воздухе, мешает ему и приводит в состояние растерянности и паники. Авиатор погибает (см. приложение к настоящему тому. – Я. С.).

Прослушав этот рассказ, я сказала, что летание человека без аппарата ничем не доказывается, ничем не объясняется, а потому ему не веришь. Александр Степанович вообще не выносил замечаний, а тут был особенно не в духе и резко ответил:

– Я хочу, чтобы мой герой летал так, как мы все летали в детстве во сне, и он будет летать!

Между тем он прекрасно понимал, что и фантастические рассказы обязаны иметь свою, пусть условную, но неотразимую убедительность.

Однако этой убедительности в "Состязании в Лиссе" не было. Тема не была еще выношена. Но она очень занимала Александра Степановича