Снег в Венеции

В поисках чего-то венецианского я случайно набрела на «Снег в Венеции» Дины Рубиной. Оказалось, что Рубина не только отлично пишет, но и отлично читает!

Небольшая новелла, полтора часа звучания. Полтора часа волшебства, тайны, игры. Тесные венецианские улочки, нарядные набережные, праздничная толпа на площади Сан-Марко. Пёстрый водоворот масок и образов карнавала – «лукавые коты, клювоносые доктора чумы, безликие домино, прекрасные венецианки – коломбины, арлекины, демоны и ангелы…». Ворох деталей – тщательно и со вкусом отобранных, таких выпуклых, ярких, сверкающих и изящных. Как вещицы в какой-нибудь сувенирной лавке. Каждую хочется взять в руки и разглядывать, поворачивая так и этак, любуясь.

Не всегда встречаешь в книгах такую обаятельную и манящую атмосферу. Сама Рубина в тексте упоминает картину Веронезе «Пир в доме Левия» - такую яркую и живую, что в неё, кажется, можно войти, сесть за стол, налить себе вина, побродить среди колонн, рассматривая и открывая всё новые бытовые детали. Так вот новелла Рубиной – такая же картина. Автор гостеприимно разворачивает вокруг читателя венецианские ландшафты, расставляет по местам палаццо, посыпает площадь Сан-Марко карнавальным сором конфетти, раскладывает морские богатства на рыбном рынке, наряжает статистов в роскошные костюмы восемнадцатого века и выпускает на пустые улицы толпы ошалевших туристов. И один из этих туристов – ты.

Ты можешь купить маску, укрыться за её анонимностью, «освободиться от рабства паспортных данных», уйти от самого себя. Отдохнуть. Побыть кем-то ещё. Наблюдателем. Множество историй, множество сюжетных возможностей таит в себе пышная безликость венецианского карнавала. Тысячи людей, тысячи историй. Тысячи ниточек, за каждую из которых, потянув, можно извлечь на свет сюжет – жизненный и литературный. Можно, но нужно ли? Дина Рубина намеренно или случайно отказывается это делать, отказывается от роли режиссёра и вершителя судеб, остаётся зрителем в этом огромном театре. И актёром, конечно, тоже, вовлекая и своего читателя в эту двойную игру, уводя за собой в сумрак венецианских улиц – дышать свежим ветром с лагуны, шагать по изящным мостикам, переброшенным через каналы, слушать, как шумит в отдалении карнавал, пугаться вспыхнувшего в тёмной арке факела и зачарованно заглядывать в окна «Флориана».

Может, это и правильно – остаться наблюдателем и не брать никакого сюжета. Сделать жизнь – беспорядочную, цветную, многообразную – сюжетом. Наметить только контуры истории, а остальное пусть додумает читатель – каждый для себя. Пусть сюжет останется неразгаданным, полным возможностей и тайн. Пусть останется там, где вышел на поверхность – в городе, как бы нарисованном акварелью, в вечно юной и вечно прекрасной Венеции.

✨Личный рейтинг - 10/10✨

"Более всего этому городу идет ночь, и, вероятно, особенно хорош бывал он в зловещем свете факелов, в каком-нибудь семнадцатом столетии.

Впрочем, тревожное пламя факела и сейчас иногда озаряет вход в ночное заведение, заманивает в глубокую арку или обнажает подраненный бок кирпичной стены, который неосознанно хочется чем-нибудь подлатать.

С наступлением темноты в черной воде каналов тяжело качаются огненные слитки света. Под каменным гребнем моста Реальто ворочаются с боку на бок гондолы, задраенные на ночь синим брезентом. Мелкая волна раздает оплеухи набережным и сваям, а у входа в палаццо, где мы пьем последнюю за день чашку кофе, два гигантских фонаря на причале освещают витые деревянные столбы, увенчанные полосатыми чалмами, что свалились сюда из сказки о золотом петушке и Шамаханской царице…"

Невероятный, потрясающе красивый яркий язык повествования истории Дины Рубиной переносит нас в маленькое путешествие в Венецию, в тот период оживленного веселья, когда там проходит самое главное событие года - карнавал. Пора, когда ты можешь быть кем угодно и сколько угодно до тех пор, пока все не закончится.

Одно из моих мечтаний - побывать в Венеции до того момента, когда она окончательно скроется под водой, побродить по живописным улочкам и понять всю глубину и красоту этого волшебного города.