
В этом году я читаю в среднем по поэтическому сборнику в месяц, так вот, из прочитанного за последние полгода самые яркие читательские впечатления мне доставили стихи именно Людмилы Окназовой. Раньше я с этой поэтессой не был знаком, и напрасно. Язык у нее необычайно богатый, почти на каждой странице можно найти интересные образы, сравнения и метафоры:
И — свысока, благодатно и немо, морем снежинок, несущих зарю, пышно на землю спускается небо...
Отринувшись от суетных вопросов, душа раскинулась, легла за горизонт: просторно ей и ласково и просто. Она молчит и ни о чём не просит, и слушает ночного неба зов.
В стихах Окназовой больше природных мотивов, чем городских:
От мнимого значенья веских слов, от вещих снов душою не завишу, когда на лёгкой плоти лепестков знак Мастера отчётливый увижу.
Как в приведенной выше строфе, духовная позиция автора выражается в книге ненавязчиво, чуть ли не подстрочником. Наверное, это и хорошо, иное выглядело бы пропагандой. Вот одно из немногих стихотворений, где проповедническая интонация стала чуть более слышной:
Мы делим нашу жизнь на храм и дом. Но если обо всём подумать строго, мы делим нашу жизнь на хлам и Бога, не утвердясь на чём-нибудь одном. И всё-таки, привержены к пирам, на пир иной быть званными хотим мы. Но — делим нашу жизнь на дом и храм, а дом и храм, по сути, неделимы. Исток ошибки нам не различить: в глуби времён — не здесь — разорван атом; затмилась цель, и надвое разъятым представлен мир безликих величин. Но грянет свет, и в виденье ином, в среде иной, иною жаждой живы, в одну любовь сольются храм и дом, как дух и плоть — нерасторжимы.
Несколько стихотворений или отдельных строк посвящены пониманию творческого пути и, возможно, своеобразному выражению поэтического кредо:
Быть может, эта песня не похожа На песни, что привычны и легки, Но ты не оступись, проверь на всхожесть В самом себе живой посев строки. Прислушайся, Поэт сажает мысли, Как насаждают розы и дома; Безмолвствовать учись, вникая в числа, Сличай различья, Различай тона. Не слушай тех, Кто говорит, что сложно Понять певца, — усталых не корят. Им песнь нужна, удобная, как ложе, Спиной в окно, чтоб не звала заря. Измерь себя, Достойным стань поэта, Войди в теченье непривычных рек, Как просто входят люди и планеты Походкой дней в новорождённый век. Наметь пути, в пределах соучастья, Не спутай цель, Не урони лица: Ищи свой век с надеждой и пристрастьем В непринуждённой щедрости певца.
А вот мое любимое стихотворение в этом сборнике, "Соловей, кто-то увидит здесь только природную зарисовку, а мне тут видится напутствие поэту о том, как надо писать (помните соловья Саади у Матвеевой: "Он пел без фразы. Просто брал - и пел"?):
Он пел, не зная, что поёт, укрывшись в жёсткой пене листьев. Звучаньем жизни упоён, он слушал только звуки жизни; И музыку воды, и дождь, и созреванье грома в туче... И горла выгнутого дрожь мерцала звёздами на сучьях. Он пел, ещё, ещё, ещё отщёлкивая чётки ритма, ведя непостижимый счёт сердцебиеньям и молитвам. Он создавал и разрушал мечты и формы, явь и небыль, и от любви едва дыша, он в клювике держал Планету. И страшной силой бытия, себя в себе не сознающей, он загремел и засиял над канувшим и над грядущим. И мир внезапно онемел, забыв про все свои увечья... А он — не знал, а он всё пел, светло, бессмертно, бесконечно.
Это третий сборник Окназовой, кстати, все три ее книги можно найти в сети здесь. Двух книг у меня нет, и читать их, похоже, придется с экрана. Книга последняя и хронологически, и тематически. Необычно много стихотворений в ней посвящено смерти. Из этих строк понятно, как автор ценит жизнь, как не хочется умирать, и в то же время в них нет панического страха, но есть спокойная вера:
Когда я вся перетеку в стихи, Что мне на этом свете остаётся? Улечься в борозду моей строки И погасить у изголовья солнце. Моё — не то, округлого огня, Моё — обыкновенный одуванчик, Что светит белобрысо в море дня, А к ночи улетает, ветром схвачен.
Эта книга - один из тех редких поэтических сборников, которые хочется поставить на особое место на полке, чтобы время от времени брать его и перечитывать. 9/10.






















