Цитаты из книги Гигиена убийцы. Ртуть

- Вы верите в жизнь после смерти? - Нет. - Значит, вы считаете, что после смерти ничего нет? - До - тоже.

В подавляющем большинстве случаев люди добры, потому что хотят, чтобы их оставили в покое.

Пресмыкайтесь, не то я сама вас пресмыкну!

– Вы осмелитесь утверждать, что литература не имеет никакого отношения к чувствам? – Видите ли, молодой человек, мне кажется, что в слово «чувство» мы с вами вкладываем разный смысл. Для меня, когда хочется врезать кому-то по морде – это чувство. А для вас чувство – размазанные сопли в рубрике «Сердечная почта» женского журнальчика.

В сущности, люди не читают, а если и читают то не понимают, а если и понимают, то забывают.

...Главное отличительное качество бескорыстной доброты – она неузнаваема, непознаваема, невидима и неподозреваема, ибо если благодеяние заявляет о себе, оно уже не бескорыстно.

Так уж устроен род людской,что даже самые здравомыслящие его представители готовы бросить все — свою молодость, здоровье, любовь, друзей, личное счастье и еще многое другое — на алтарь иллюзии под названием вечность.

..Запоздалые извинения наполовину теряют смысл.

Сомнение и страх – непременные спутники великих начинаний.

...Есть здоровый, живительный дурной вкус – это когда мерзости создаются пользы ради, для прочистки мозгов, они сильны, как мощное рвотное, а что может быть полезнее, чем проблеваться хорошенько;..

Для меня и Леопольдины вечность мыслилась только в первом лице единственного числа, единственного в своем роде, ибо оно включало в себя нас обоих.

Вы думаете, стареют каждый день? Можно прожить десять, двадцать лет, не старея, а потом вдруг, без особой на то причины, состариться на эти двадцать лет за пару часов. С вами тоже так будет, вот увидите. Посмотритесь однажды вечером в зеркало и подумаете: «Боже мой, с утра я постарела лет на десять!»

Я не знаю никого добрее меня. Это ужасно, потому что я добр не по доброте душевной, а от пофигизма и еще больше от страха: боюсь выйти из себя. Я легко выхожу из себя, и мне очень трудно потом войти обратно, поэтому я страшусь этого как чумы.

Жизнь у меня поганая, но я не променял бы ее на вашу.

...вы тешите себя иллюзиями, чтобы успокоить свою совесть.

– Я никогда не верила в оговорки по Фрейду. Но теперь начинаю верить. – Я никогда не верил в действенность пытки словом. Но теперь начинаю верить.

Я вонзил нож ей в живот. Она даже не вскрикнула. Я сказал: «Я люблю вас. Я только хотел узнать ваше имя». Она упала, лицо ее исказилось от боли, и она прошептала: «Какой странный способ знакомиться».

— Почему вы пьете из металлической посуды? — Не люблю ничего прозрачного. Это, между прочим, одна из причин, почему я так толст: не желаю, чтобы меня видели насквозь.