Смерть героя

...становится тошно смотреть, до чего выродилось человечество: мы уже не люди, а какие-то жалкие пугала. Пусть рождается меньше детей и пусть они будут лучше. Разве не безумие, что мы контролируем рождаемость у животных, а когда дело доходит до людей, даже обсуждать этого не желаем? Откуда же возьмется хорошая порода, если мы плодимся без смысла и толку, как белые мыши?

...мужчины и женщины могли бы стать друг для друга великим утешением и отрадой, а между тем они только и делают, что друг друга мучают…

Они стали «семьей», извечным треугольником отец-мать-ребенок, – а это сочетание гораздо более сложное и неприятное, в нем гораздо труднее разобраться, и оно чревато куда большими бедами, чем пресловутый треугольник муж-жена-любовник.

Ненавижу пословицы, а вы? Всякое тиранство и всякую бессмыслицу и вздор можно подкрепить какой-нибудь пословицей - опереться на коллективную глупость веков, вы это замечали?

Было бы куда практичнее вести современную войну без людей: пусть бы дрались друг с другом механические роботы. Но ведь люди стоят дешевле…

«Потому-то он был так беспомощен с женщинами – они не признают и не понимают донкихотства, неизменной честности и совестливости, им кажется, что это либо слабость, либо маска, под которой скрывается какой-то дьявольски хитрый расчет.»

"Чего не хватает Уинтерборну -- это дисциплины.
Дис-цнп-лины. Он чересчур своеволен и независим. Армия сделает его
Человеком". Увы, армия сделала его трупом. Но опять же, как всем нам хорошо
известно, за высокую привилегию называться истинно мужественным, бравым
парнем не жаль заплатить любой ценой.

Как умеют люди губить собственное счастье! Как ненавидят они счастье и радость! Чего стоит сумасбродная выдумка, будто женщина обязана быть целомудренной, а та, которая "знала" больше одного мужчины, - "нечиста"! Ведь очень многие женщины быстро проникают глубокой неприязнью к своему первому мужчине, а настоящее счастье и удовлетворение им дает только четвертый, шестой или десятый

Дорогие мои Влюбленные! Будем всегда помнить, что в вас - единственная отрада этого жестокого мира.

Быть может, я делаю не то, что нужно. Быть может, яд все равно останется во мне. Если так, я буду искать иного пути. Но я буду искать. Я знаю, что меня отравляет. Не знаю, что отравляет вас, но и вы тоже отравлены. Быть может, и вы тоже должны искупить вину.

Нам повезло – или, быть может, не повезло: мы уцелели.

Вот чем в корне отличается от дедов и прадедов новое поколение. Оно пытается жить разумно, а не следует вслепую своим инстинктам и коллективной глупости веков, воплощенной в законах и обычаях нашего общества.

он был уже просто безликой единицей, машиной для убийства, куском пушечного мяса. И он это знал. А они не знали. Но они чувствовали перемену в нем и воображали, что он опустился, не оправдал надежд.

...человек - просто недолговечный сосуд для переваривания пищи, он жаждет наслаждаться жизнью, а его подстерегает Смерть.

Усилия, нужные для того, чтобы сдержать слово, - самая верная порука в том, что оно рано или поздно будет нарушено.

…Джордж оседлал одного из любимейших своих коньков и теперь мчался во весь дух, поднимая тучи словесной пыли.

В нем поселилась тревога, страх, какого он прежде никогда не знал, приходилось напрягать все силы, чтобы не шарахаться в ужасе от артиллерийского огня, от любого разрыва. Странно, пулеметного огня, куда более смертоносного, он почти не опасался, а ружейного и вовсе не замечал. И притом он был угнетен и подавлен, род людской внушал ему непобедимый ужас и отвращение…