Night Shift

Я не двурушник, мистер Норрис. Просто я не умею достойно проигрывать.

Так что многое из того, что он мог бы сказать, осталось невысказанным. Этот мир - не место для лишних слов.

пойти мне было некуда: здесь голоса заглушали тиканье часов, отмеряющих мне жизнь

Вот вам вкратце ответ на вопрос, почему разваливается брак: "Нет. Ни за что. Никогда. Позеленею и сдохну, но добьюсь, чтобы все вышло по-моему".

Он совсем не изменился. Всё та же зеленая армейская куртка на два размера больше. Одна из дужек массивных роговых очков обмотана изоляционной лентой. Джинсы, правда, оказались новыми и топорщились. А вот на Тони даже новые джинсы всегда смотрелись так, будто давно уже сели по фигуре. И носки у Эда были действительно разными: один зеленый, а другой коричневый.
Элизабет поняла, что любит его.

Прижав Элвина к себе в порыве чувств, он осознает истину, которая давно не является секретом для циничного Донатти и его коллег: самой разрушительной силой, перед которой ничто не сможет устоять, является любовь. И пока лирики спорят о ней, прагматики вовсю этим пользуются.

Он посмотрел на жену и вдруг понял, что у него нет никакого возрастного кризиса, никаких трудностей с поиском своего "я" или своего места в жизни - и никаких других модных психологических заморочек. Просто он ненавидит жену - вот и всё. Он влепил ей пощечину. Как говорится, от всей души.

Ветер, вот чего я не любил, его пронзительный вой, в котором слышались ненависть, боль и страх всего мира. Ветер нес смерть, белую смерть, а может, что-то и пострашнее смерти. От этих завываний становилось не по себе даже в теплой постели, с закрытыми ставнями и запертыми дверьми. А уж на дороге они просто сводили с ума.

Похороны. Как балет в трех действиях. Дом. Бюро ритуальных услуг. Кладбище. Лица, возникающие из ниоткуда. Подплывают вплотную и вновь отступают во тьму.

и «понтово» давно беспонтово.

Столь уютно ощущаешь себя только в такие ночи, когда снаружи – ужас что такое, а внутри – сплошь тепло и покой.

Я знаю, чего тебе хочется. 

Это давняя история. Просто это иногда возвращается, вот и все. 

До сих пор я все же надеялся, что это какой-то дурацкий розыгрыш, но, похоже, заблуждался. 

Страх всегда был велик. Смерть всегда являлась великим событием. Это две константы, присущие человеку.

Кровь призывает кровь

Чудесная книга для тех, кто любит, сбавив скорость, поглазеть на автомобильную аварию

Усердие и трудолюбие — прекрасные качества. Но их недостаточно. Надо обладать вкусом к слову. Упиваться, обжираться словами. Купаться в них, раскатывать на языке. Перечитать миллионы слов, написанных другими. Читать всё, что только ни попадёт под руку, с чувством бешеной зависти или снисходительного презрения.