
Электронная
51.9 ₽42 ₽
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Сначала мне сложно было втянуться и осознать, что это раздельные маленькие рассказы, которые объединены в сборник. Я пыталась проследить мысль из одной главы в другую, но естественно мне это не удалось. В первые главы я читала и думала, что за бред. А потом...
Так долго я над собой не смеялась ни разу. :)
Рассказы встречались разные: и смешные, и очень грустные. Особенно мне запомнилась история, где молодая пара была влюблена в друг друга.
Мне так запомнилась эта глава. Она не вызывала слез, но заставляла задуматься.

Это не совсем сказки и не совсем быль. Истории о далёкой жаркой стране, о жизни простых людей, написанные таким языком, что видишь, как за окном плещется море и сияет солнце, даже если читаешь их в ночном затихшем городе. И, поскольку книга всё же называется "Сказки", то я и читала их в детстве, многого, может, не понимая, но у Горького найдутся истории для любого возраста и состояния души.
Когда перечитывала "Сказки об Италии", приятнее всего было находить главы, которые запомнились ещё с той поры. В книге нет единого сюжета, это и в самом деле множество разных историй, похожих на сказки. Я помню, как люди копали туннель в самых недрах нашей Земли, какие чувства их переполняли, едва они встретились со второй командой землекопов... А парень-атеист и религиозная девушка, которые любили друг друга, но он не хотел венчаться, а она - расписываться в мэрии?
Вот мать. Даже не так. Горький называет её - Мать. И рассказывает несколько историй о Матерях, но сильнее всего глава о Матери предателя. О сыне, который решил уничтожить город, "где каждый камень помнит его ребёнком".
А другая сказка про мать и дочь? Про Нунчу, красивую, гордую, сильную, и про тихую Нину, которая выросла и словно стала затмевать своею красотой мать. Нунча чем-то похожа на Джулию из "Театра" Моэма: ей тоже захотелось показать, что женщина лишь хорошеет с годами, что "жизнь узнаешь далеко за тридцать". Напоминает она и молодую Изергиль: Нунча любила многих мужчин, но никогда не её не привлекал звон золотых монет. И танцевала тарантеллу лучше, ярче, страстнее всех...
Помнила я ещё и сказку про маленького Пепе, наверное, потому, что в то время, когда я читала книгу в первый раз, он мне был близок по возрасту. Есть ещё история, которая мне не запомнилась раньше, но очень понравилась теперь: про мужчину, который напрасно обвинил в измене свою любимую, ударил её, а потом, узнав правду, отрубил себе руку! Жестоко, конечно, излишне романтично, кажется, что такое бывает только в сказках и любовных романах... Но проблему насилия в семье решает сразу.
И хоть я люблю дождь, снег (особенно сейчас, август, 30 градусов), а в жаркой Италии я бы совершенно точно не прижилась, когда смотришь на эту жизнь со стороны, видишь её красоту. Это как смотреть на сияющее в лучах солнца море и пляж, лёжа в тени под ветвями деревьев, со стаканом прохладного сока или лимонада...

Несколькими словами Горький может создать незабываемый образ.
Несколькими фразами Горький может нарисовать красивейший пейзаж, или интересный ландшафт, или изобразить бурное море или спокойную бухту.
Несколькими абзацами Горький расскажет историю, которую не сразу забудешь.
На нескольких страницах Горький расскажет историю, которую не забудешь никогда.
Вы говорите, что Горький скучен? - Тогда вы точно не читали его рассказы и "Сказки об Италии".

Здесь женщины выучились верить молча и непоколебимо, священники развивали в них эту способность много веков и добились чего хотели, – кто-то верно сказал, что католическая церковь построена на груди женщины. Культ мадонны не только язычески красив, это прежде всего умный культ; мадонна проще Христа, она ближе сердцу, в ней нет противоречий, она не грозит геенной – она только любит, жалеет, прощает, – ей легко взять сердце женщины в плен на всю жизнь.

– Не нравится мне эта история, – тихо сказал солдат. – Этот твой Карлоне – дикарь… И глупо всё…
– Твоя жизнь через сто лет тоже покажется глупостью, – внушительно проговорил старик и, выпустив большой клуб белого во тьме дыма, прибавил:
– Если только кто-нибудь вспомнит, что ты жил на земле…












Другие издания


