Последний единорог

Твердые серебряные облака таяли в теплеющем небе, тени тускнели, звуки теряли форму, а формы еще не решили, какими они собираются быть сегодня. Даже ветер размышлял о себе.

Я не хочу неволить ее, я хочу провести всю жизнь, следуя за нею, отставая на мили, лиги, может быть, годы… возможно, ни разу не встретив ее, но я буду доволен. Это мое право. Сказка про любого героя должна иметь счастливую развязку, когда до этого доходит дело.

- Когда я гляжу на нее, мне хочется уничтожить все злое и уродливое на земле, но в то же время хочется и забиться в уголок и плакать.

I am what I am. I would tell you what you want to know if I could, for you have been kind to me. But I am a cat, and no cat anywhere ever gave anyone a straight answer.

I will keep nothing near me that does not make me happy.

"Then what is magic for?" Prince Lir demanded wildly. "What use is wizardry if it cannot save a unicorn?" He gripped the magician's shoulder hard, to keep from falling.
Schmendrick did not turn his head. With a touch of sad mockery in his voice, he said, "That's what heroes are for."

– Кстати о печени, – ответила Она. – Настоящий маг не предлагает чужую печень. Ты должна вырвать свою собственную и научиться обходиться без нее. Настоящие ведьмы это знают.

Нет, мой друг. Мир лжет нашим чувствам, они лгут нам, так с кем же, как не лжецами, мы сами можем быть? Что касается меня, я не верю ни вести, ни вестнику, ни тому, что мне сказали, ни тому, что я видел. Возможно, правда и существует где-то, но до меня она никогда не опускалась.

There are spells to make everything speak. The master wizards were great listeners, and they devised ways to charm all things of the world, living and dead, into talking to them. That is most of it, being a wizard‌ — seeing and listening.

Миновав огромный зал, они вошли в другую дверь и начали подниматься по тонкой лестнице. Там было очень мало окон и никакого освещения. Лестница свивалась кольцами все туже и туже, пока, наконец, им не стало казаться, что каждая ступенька поворачивается сама над собой, и что вся башня смыкается вокруг них всех огромным потным кулаком. Тьма глядела на них и касалась их. Она пахла дождем и псами.

В двух днях пути отсюда какой-то великан крадет и пожирает деревенских девушек. Говорят, его может убить только обладатель Великого Топора Герцога Альбанского. К несчастью, герцог Альбанский был съеден одним из первых — чтобы обмануть чудовище, он переоделся деревенской девушкой, — и в том, кто сейчас владеет этим топором, сомневаться не приходится.

Холодный, сырой и зловонный ветер с болота кружил по комнате, словно злорадное животное, только что обнаружившее, как хрупки люди.

Волшебник угрожал атакующим демонами, превращениями, парализующими мазями и секретными приемами дзюдо.

Она казалась настолько хрупкой, что вес темноты сокрушил бы это изможденное тело

Мир неверных суждений, неправильных оценок

В ней бездна чувства

Любовь я пойму по поступкам своим

Я превращусь в плохого поэта с возвышенными мечтами