Исповедь мачехи

Ох, вот поставила я этой книге пятёрку, но не за, а вопреки всему, что там написано. Пятёрка — это за яркие эмоции, которые вызвала "Исповедь". Давно меня так не трясло от негодования! Опять же, я ни в коем случае никого не осуждаю, тем более не имею права — сама я не была на месте ни одного из членов семьи (тьфу-тьфу-тьфу!). Но по жизненному опыту твёрдо знаю, что не всё так однозначно и у каждого своя правда.

Главная героиня, которая на протяжении всей книги без устали хвалила себя, добилась совершенно противоположной цели: её совершенно не хочется жалеть. И в ангелов среди людей я тоже не верю. И не зря! Потому как этот "ангел" с первых же страниц начал поливать грязью бывшую семью мужа. Вернее, даже не так. Екатерина познакомилась с Андреем, когда тот был женат. В семье подрастали две девочки — восьми и десяти лет. Андрей был мэром города, но при этом автор почему-то описывает его как настоящего бомжа — рваные кроссовки, истончившаяся от старости футболка, протёртые носки, невразумительная стрижка и вечно голодный. Всё это естественно подавалось как абсолютно наплевательское отношение жены к мужу. Гхм... Может оно и так, но голодный? В рванье? Минуточку, у него же деньги, связи, он, в конце концов, взрослый мужчина, а не беспомощный младенец — при чём тут жена?! Если всё так плохо, то бери себя в руки и оденься прилично. Вот не верю я как-то в оборванного мэра! Дальше — больше. Андрей из семьи уходит и поток жалоб на "бывшую" течет просто бурным потоком. При этом Екатерина не забывает рассказывать о себе хорошей — и как она замечательно ведёт свой дом, и как вкусно готовит, и как жалеет и помогает своему мужчине. Андрей скучает по дочкам, но младшая наотрез отказывается с ним видеться (под влиянием матери, конечно!), а старшая знакомится с Катей и начинает ходить в гости. И опять — двадцать пять: оборванный, невоспитанный, заброшенный ребёнок, которого родная мать не научила, не показала, не сделала... Весь сюжет пересказывать нет смысла. Поверьте, там всё одно и то же. Девочка росла, ГГ всегда знала, что той нужно и как ей жить, но вот в один "прекрасный" день что-то видимо у Али в душе перевернулось... На самом деле, это очень некрасивая история. И дело даже не в том, кто прав, а кто виноват. Дело в том, что на мой взгляд, хоть героиня и говорит о любви к этой девочке, которая была даже глубже, чем к собственным детям, я в это не верю. Не было её. Екатерина, как и всегда, просто любовалась собой в роли доброй мачехи и ждала от окружения бесконечного восхищения, а от Али — пожизненной благодарности. Да, я предполагаю, что и Алевтина не такой уж подарок. Это человек, который в детстве получил тяжёлую травму (и не надо медоточивых рассказов Кати про своего папу, которого она любит больше всего на свете, хотя он так же бросил маму и её!), это недолюбленный и не понятый ребёнок. Да, она эгоистична. Наверняка у неё много недостатков, как и у всех впрочем. Но дело вовсе не в этом. Дело в том, что она — ЧУЖАЯ! Вот и всё. И опять же, рассказы о том, что к родным детям Екатерина относилась строже и не давала спуску даже в мелочах, это всё не о том. Родным детям мы прощаем всё. Это аксиома. С чужими — сложнее. Сцена у психолога меня не просто потрясла, она меня раздавила... Неужели, это правда? Неужели у нас такие "специалисты"? Или это опять иллюзии героини, которая даже в такой ситуации не устает нахваливать себя и упиваться теперь уже только своими страданиями? Меня, честно говорю, не ужасали поступки Али. Она далеко не всегда была права и совершала свои ошибки. Но — кто без греха? Я бы лично не стала устраивать трагедию на пустом месте, если бы меня не поздравили с днём рождения. Это знак внимания, согласна. Но с другой стороны — это простая формальность. Если я знаю, что человек меня любит, дорожит нашими отношениями: так ли это важно, когда и в какой день он наберёт мой номер?! Даже если забудет поздравить — какие проблемы?! Ерунда это всё! Но вот Екатерина другого мнения. Может поэтому, устав от такого давления, Алевтина и сбежала? И я её понимаю. Задушили...

Советую или нет? Не знаю. Решайте сами...

Сильнейшая эмоция во время чтения – разочарование. Вот прямо то, которое обозначают эпитетом жестокое. А не надо было верить восторженным с придыханием отзывам и покупаться на то, что я и сама – ребенок, выросший без отца, при этом всегда его любивший и искавший его половину своего взрослого сознательного возраста. Ну да ладно, по порядку…

Читаю. Взаимоотношения мачехи с падчерицей при наличии живой матери, разведенной с ее отцом. Настораживающее море помоев на голову этой самой живой матери из уст бывшего мужа и его уже нынешней жены, которая теперь мачеха. Женщина, которая вдруг решила, что имеет право со всей мощью прущего напролом танка искоренять «недостатки» девочки, полученные от материнского воспитания. Моя едущая крыша (не от книги, нет) от предыдущих хвалебных отзывов: никто не видит, что девчонку утюжат по живому, что ломают ей и так надломленную психику? Да-да, маму не защищаю, но за что ребенку достался еще и такой Пигмалион?! Главная мантра этой части книги:

Аля меня радовала.

Ага, тем, что послушно выполняла придуманную мачехой программу превращения провинциальной невоспитанной девчонки в «утонченную московскую леди».

Идем дальше, прочитана уже половина, недоумение все сильнее: «Я» главной героини все разбухает и разбухает, самолюбование и жалость к себе, такой прекрасной и недооцененной со стороны неблагодарной падчерицы замешиваются все гуще. (Девочка-то превратилась во взрослую девушку и теперь сопротивляется давлению, как умеет, грубо и зло.) Жертвы… жертвы… жертвы приносятся тогда, когда о них никто не просит, непрошенное вмешательство в чужую жизнь все неоправданнее. Теряюсь в догадках: может, так и задумано? Может, в конце читателя ждут мудрые мысли о совершенных ошибках? Тогда это вызывающий восхищение прием – вызвать у читателя раздражение такой интенсивности! Показать такой наглядный и яркий пример нездоровых отношений между родителем и ребенком. И тут совершенно не важно, что ребенок не родной, нет в описанных отношениях ничего специфичного, наоборот, классический вариант родительского эгоизма, обвиняющего в эгоизме своего ребенка, типичное «стань таким, как я хочу, ты должна и обязана оправдывать мои ожидания и показывать мне свою благодарность». Здесь надо сознательно остановиться, так как эта часть рецензии грозит стать неприлично длинной…

Дальше...

305-я страница. Наконец-то! Наконец я могу вздохнуть с облегчением: весь этот бесконечный надрыв, все эти причитания, вся тяжелая и душная атмосфера книги вели-таки к осознанию сути проблемы, собственных эгоистичных ожиданий, собственного беспардонного вмешательства в чужую жизнь. И – о, чудо! – даже в кабинет психотерапевта! Рано, как оказалось, радовалась: если выведенный в книге психотерапевт существует в природе, его надо срочно гнать из профессии.

Итоговый вывод, ключевые слова, ради которых, возможно, и задумывалась вся книга (последние слова, сказанные взрослой уже падчерице):

Благодаря тебе и только тебе Маша, придя когда-нибудь ко мне с разговором про то, что она полюбила мужчину, у которого есть дети от другой женщины, на вопрос, как мне себя вести с его детьми, услышит: «Никак. Мужчина твой пусть с ними общается. Но к тебе эти дети не имеют никакого отношения. Их мать – другая женщина».

Вот тебе и мудрые мысли... Занавес, господа, при полном моем ступоре…

Окончательный диагноз: книга, не побоюсь этого слова, вредная, прививающая какие-то совершенно домостроевские стереотипы семейных взаимоотношений. И при этом очень полезная, так как тот, кто будет читать ее трезво, а не через слезы, рожденные сходством личной истории и истории книжной, вынесет проиллюстрированное знание, «как НЕ надо». Спросите, почему такая резкость написанного и хорошая оценка? Ну, так причина вот как раз строчкой выше.

Остался неразрешенным вопрос: вот этот язык, он, так сказать, естественен для автора или просто явился отличной стилизацией под …нет, я не буду произносить вслух, иначе поклонники книги меня совсем размажут)

Боже, какое тошнотворное самолюбование. "Мой папа почти поверил, что мой муж достоин меня" Ах, и такая я правильная, ах, я так вкусно готовлю, ах, я такая заботливая... Кто это понимает - тот хороший, кто не говорит спасибо, тот нехороший. Вот и вся наша жизненная философия. Очень видно, что героине только и нужно, чтобы все "хотели быть такой как она" (То муж скажет "я хочу, чтобы мои дочери (от перв.брака) были похожи на тебя", то она сама уповает на то, что падчерица "захочет стать похожей на нас (новую семью)") Еще одна показательная цитата: "Если из Алевтины я могла лепить как из пластилина, то Андрей был затвердевшей глиной". И вот это существо, которое из всех окружающих хочет что-то лепить, кажется кому-то идеалом любящей женщины? Как страшно жить.

О том, как быть хорошей мачехой могла бы написать МОЯ мачеха. Только по-настоящему хорошие люди не станут писать о том, какие они хорошие. Они бы не знали о чем тут вообще писать. Для них быть такими - это так же естественно, как дышать. С первой ее улыбки и первого "здравствуй", мне, 13-летней, стало ясно, что это не "мачеха", не "папина жена", а просто хорошая и веселая женщина. Уже почти 30 лет мы с ней дружны, как дружат обычные люди. Она не пытается - и слава богу - "заменить мать", она просто живет, общается, искренне интересуется людьми, видит в людях хорошее и любит людей за хорошее - и поэтому все отвечают ей взаимностью. И таких людей никто никогда не предает. Потому что рядом с ними всем тепло и надежно, и потерять их никто не захочет.

Ощущение от книги у меня осталось мерзкое. Ограниченная, самодовольная баба пытается представить себя гуру отношений. Такая, к примеру, сценка из книги: Аля, дочь от первого брака на ночь глядя печет торт к юбилею папы и мачехи. Папа прибегает к новой супружнице со словами: "Ах, я не могу, если она будет продолжать греметь кастрюлями, я с ума сойду... Вот такая же и мать ее, та все ночью что-то печет, гремит, и эта туда же..." Что это за отец такой? Вместо того, чтобы спокойно попросить родную дочь не шуметь, он за спиной дочери бежит поливать грязью ее и ее родную мать - и говорит это новой жене. Авторша, новая жена, вся такая возвышенная: "Потерпи, милый, потерпи, она для нас торт печет, старается"... Вместо того, чтобы либо самой попросить Алю быть потише, либо намекнуть отцу, что ему следовало бы самому поговорить с дочерью, а не ей жаловаться. Да зачем? Ведь можно трех зайцев одним выстрелом - и свои "достоинства" подчеркнуть (она-то ночью не печет) и сказать что-нибудь эдакое, самоотверженное, и тонко поддержать мужа в его негативном отношении к прежней семье. Сценка у психолога меня еще потрясла. Авторша пошла жаловаться на Алю, а психолог такая "А мне и видеть эту девочку не надо - мне ясно, что она вас не любит, избалованная, вами пользуется... А вы, кстати, такая умная женщина"... Это что? Воспаленное воображение авторши, или правда бывают такие "психологи"? В конце книги авторша якобы просит у Али прощения "Прости меня... наверное, я не права была, что мерила тебя по своим высокоморальным меркам... а у тебя нет ни мужества. ни ответственности, и вообще, я рада, что мой младший сын тебя вообще не помнит, да и старшие скоро забудут" И это, авторша думает, читатели примут за смиренную такую, высокоморальную просьбу о прощении?

Вот только обложка у книги классная!