Снега Килиманджаро

Он следил за тем, как меняется мир; не только за событиями, хотя ему пришлось повидать их достаточно — и событий и людей; нет, он замечал более тонкие перемены и помнил, как люди по-разному вели себя в разное время. Все это он сам пережил, ко всему приглядывался, и он обязан написать об этом, но теперь уже не напишет.

И ведь это неспроста, — правда? — что каждая новая женщина, в которую он влюблялся, была богаче своей предшественницы.

Он загубил свой талант, не давая ему никакого применения, загубил изменой самому себе и своим верованиям, загубил пьянством, притупившим остроту его восприятия, ленью, сибаритством и снобизмом, честолюбием и чванством, всеми правдами и неправдами.

— Но почему человек не должен жениться?
— Нельзя ему жениться, нельзя! — сказал он сердито. — Если уж человеку суждено все терять, он не должен еще и это ставить на карту. Он должен найти то, чего нельзя потерять.

Это какая-то новая, удивительная война, и многое узнаешь в этой войне — все то, во что ты способен поверить.

В эту войну не дают орденов. Единственные знаки отличия — раны, и даже нашивок за ранение не полагается.

Ей эта идея понравилась. Она пришла от нее в восторг. Она приходила в восторг от всего волнительного, от любой перемены декораций, от новых людей и приятных вещей.

Разве это ее вина, что он пришел к ней уже конченым. Откуда женщине
знать, что за словами, которые говорятся ей, ничего нет, что говоришь просто
в силу привычки и ради собственного спокойствия. Когда он перестал придавать
значение своим словам, его ложь имела больше успеха у женщин, чем правда.

Помни, тот, кто смиряет дух свой, сильнее того, кто покоряет города.

Ему нравилось работать в поле на солнце, потому что это была его добрая воля

Она хорошая женщина, просто замечательная женщина. И в эту минуту он вдруг понял, что умирает.

Значит, теперь уже ничего не поделаешь, думал он. Значит, теперь он ничего не доведет до конца. Значит, вот чем все это завершается – пререканиями из-за виски.

Нет, думал он, когда делаешь все слишком долго и слишком поздно, нечего ждать, что около тебя кто-то останется. Люди ушли. Прием окончен...

Если вся жизнь прошла во лжи, надо и умереть с ней

Я сам не знаю, зачем я это делаю. Убиваешь, чтобы чувствовать, что ты еще жив, - должно быть, так.

Они всегда ухитрялись выбирать для ссор самые чудесные минуты . И почему это ссориться с ним надо было именно тогда, когда ему было хорошо?

Все, что нужно, дается самой природой, и каждый выучивается всему, что следует знать, без наставников, и тут все равно, где бы ты ни жил.

"And we could have all this," she said. "And we could have everything
and every day we make it more impossible."
"What did you say?"
"I said we could have everything."
"We can have everything."
"No, we can't."
"We can have the whole world."
"No, we can't."
"We can go everywhere."
"No, we can't. It isn't ours any more."
"It's ours."
"No, it isn't. And once they take it away, you never get it back."
"But they haven't taken it away."
"We'll wait and see."

Это несправедливо. Ведь я любила тебя. И сейчас люблю. И всегда буду любить. Разве ты меня не любишь?

— Нет, — сказал он. — По-моему, нет. По-моему, я тебя никогда не любил.

— Что ты говоришь, Гарри? Ты сошел с ума.

— Нет. Мне сходить не с чего, при всем желании.