Замираю в тишине опустевшей комнаты. Раз, два, три... Сквозь щелочки приоткрытых глаз виден солнечный свет. Я просыпаюсь. Глубоко вдыхаю. Открываю глаза. Золотисто-медовый парк на заходе солнца. Ветер легким дуновением коснется щеки. Плавно вальсируя в воздухе, хрупкий, почти прозрачный кленовый лист опустится на колени. В этом просторе остановившегося времени, в этой обители мрамора и памяти я не одна. Рядом со мной мой старый знакомый, почти друг, Сомс. Секунду за секундой, минуту за минутой мы оставляем здесь. Оставляем за плечами прошлое, встречаем настоящее. И, конечно, помним. Обнимаем взором чудесный памятник скорбящей женщине, тонем в прелести творения искусства, но думаем о другом.

Сейчас, в объятьях юной осени, он снова поведает мне о тоске, что гнездится в нем. О ней. О женщине с волосами цвета опавших листьев, что вот уже столько лет перебирает клавиши его души, извлекая из могучего рояля невероятную, полную боли музыку. Он помнит каждую встречу. Их было восемь. Он помнит глубокий взгляд серых глаз, жесты и полуулыбки. Каждый миг отчаяния. Помнит и, пожалуй, никогда не забудет. Он так много отдал бы за малейших намек на взаимность, но нет… Время проходит, время спешит. Он сможет все. Заботливо прикроет собой от боли Флёр и, конечно, простит ей её эгоизм. Он постарается, выкроет себе еще пятнадцать лет и увидит, каким станет Кит. Сходит на первый матч и ощутит истинно форсайтскую гордость от осознания, что это его внук. Пока хватит сил, будет беречь это ценное, что у него есть, от невзгод. Сомс сможет! Вот только единственное у него не получится. Не получится забыть. Забыть ее. Мимолетные встречи в Робин-Хилле, в Булонском лесу, в маленькой квартирке в Челси и здесь… в Америке. Она за роялем, и каждый новый аккорд острым углом ранит душу. И я сижу тут, вдыхаю прелый аромат остывающей земли, стряхиваю золото опавшей листы с колен и так хочу, так хочу ему помочь. Попросить отпустить историю в небо, попросить быть еще сильнее, чем есть, да просто хочу обнять… Вот только поможет ли?

В жизни человека бывает, видно, только одно по-настоящему знойное лето (с.)

Можно ли забыть первую любовь, если для другой в сердце попросту не нашлось места?

Листья опадут и укроются снегом. За снегом будет мороз и сочельник, а после новый виток жизни. Еще один год. Он так и будет сидеть на скамье, задавая себе вопросы, на которые ему никогда не найти ответы. И пока помню, я буду рядом. Глубоко переживать, негодовать и грустить. Как от любви до ненависти, так и от ненависти до любви один шаг. Шаг навстречу к тебе я уже сделала, Сомс…

Невероятно пронзительно и трогательно. Сомс с дочерью и зятем возвращается из путешествия, в котором Флер "восстанавливала" свои силы после скандала. И вроде все прошло замечательно, но вот неожиданные встречи готовы все пустить насмарку. Но Сомс сделал так, что все разрешилось благополучно. Очень мне нравится, как Голсуорси проводит параллели и описывает переживания героев. В самом начале Сомс восхищается скульптурой женщины, а потом встречает наяву ту, которой восхищался всю жизнь. И пусть они уже не вместе, но его чувства все так же сильны. Посмотрим, что же ждет читателя в заключительной части этой истории.